Винты ещё вращались, а сам вертолёт спокойно стоял на четырёх домкратах. Посадка, хоть и выдалась нервной, но того стоила. Не помешало бы в инструкцию экипажу внести мой случай как вариант действий при невыпуске шасси. Правда, только как возможный, а не основной.
Со всех сторон к вертолёту начали подходить люди. Многие аплодировали и подбадривали меня. Но у меня было ощущение, что вертолёт ещё нас сейчас удивит.
— Стоять! — крикнул я и был прав.
Несущий винт медленно вращается и останавливается. В этот момент сами начали открываться створки.
Показались потёртые пневматики колёс. Шасси просто «вывалились» из убранного положения.
Очередная молчаливая пауза, нарушаемая дуновением ветра и шумом двигателей машин. Я повернулся и посмотрел на зама по инженерно-авиационной службе.
— Ну вот, а мы ломами били, домкратами подпирали. Сами вышли, — улыбнулся я и смахнул пот с лица.
Теперь уже меня начали поздравлять вовсю. После техники установили стойки шасси на фиксаторы и медленно уменьшили длину домкратов.
Вертолёт опустился на бетон и застыл."
"Началось бурное обсуждение произошедшего, а ко мне уже на полном ходу шли Евич и Медведев с командиром полка.
— Упало давление в гидросистеме, и, естественно, упало «противодавление», — объяснил один из инженеров молодому технику за моей спиной, пока я ждал начальство.
Как только Геннадий Павлович подошёл, я приложил руку к голове и начал докладывать.
— Видел всё. Молодец, Сан Саныч, — пожал мне руку начальник Центра и приобнял за плечи.
— Завтра ты и экипаж на работу не приходите.
Неплохое поощрение. Особенно если брать во внимание, что на завтра намечен очередной парко-хозяйственный день.
Следом за ним поздравили и командир полка вместе с Евичем.
— Вам, Вячеславович, спасибо огромное за подсказки, — поблагодарил я.
— Пустяки. Мне самому было интересно, справишься или нет. Случай уникальный. В моей практике такого не было, — ответил Евич, подойдя ближе к вертолёту. — Осталось найти дефект.
Андрей Вячеславович подошёл ближе к Медведеву, и они начали о чём-то шептаться.
Я снял шлем и начал прислушиваться, но голос командира полка заглушал переговоры Геннадия Павловича и Евича.
— Пока не найдём, эти вертолёты к полётам не подпускать, — дал команду Медведев, но Андрей Вячеславович решил его переубедить.
— Геннадий Павлович, вы же знаете, куда пойдут эти машины. Задача очень важная. Аппаратура на борту и сами вертолёты должны пройти обкатку в боевой обстановке.
