Кому он позвонил?
— Тому, кто очень быстро всё решил… ну надо же! — воскликнул один из мужчин, увидев меня на лестнице.
Это был представитель конструкторского бюро Миля. В Афганистане мне приходилось с ним видеться. Фамилия у него Павлов.
— Сан Саныч, снова рад вам. Не успели вас как следует поблагодарить за Ми-24. Ну и за весь комплекс наших испытаний. Вы были…
— Спасибо большое, — остановил я хвалебные оды в свой адрес и пожал протянутые мне руки Павлова и его коллеги.
Слишком уж любезные со мной представители КБ.
Тут только два варианта. Либо им нужно, чтобы я не писал рапорт, как это просил Евич. Либо они уже всё решили с Медведевым.
Судя по их разговору, ближе всего второй вариант.
— Вы к начальнику Центра? Он вас очень ждёт, — сказал мне Павлов.
— А вас он уже отпустил, верно? — с подколом спросил я.
Мужчины посмеялись. Павлов похлопал по портфелю. Похоже, подписи Медведева эти двое добились.
Я пропустил представителей конструкторского бюро к выходу, а сам пошёл дальше. В штабе никого уже не было.
В коридорах эхом отдавался каждый мой шаг. Полы то скрипели, то издавали глухой звук от соприкосновения с подошвой.
Постучавшись в дверь кабинета Медведева, услышал, как он крикнул заходить. Войдя внутрь, я увидел, как полковник стоит рядом с окном и медленно дымит сигаретой.
За столом для совещаний сидел начальник политотдела Центра и командир моего полка. Оба мне улыбнулись.
Сам же Геннадий Павлович посмотрел на меня и стал тушить в пепельнице сигарету. Полковник прогнулся в спине и размял плечи.
— Проходи, Сан Саныч. Пришлось тебя немного задержать. Но повод хороший, — сказал полковник Медведев и пошёл к своему столу.
В руки он взял небольшую коробочку и удостоверение. Очень похоже, что меня снова хотят наградить.
— Зачитываем приказ, — громко объявил Медведев.
Замполит и мой командир полка встали. Начальник политотдела достал очки и раскрыл красную папку для докладов.
Геннадий Павлович открыл коробку и гордо посмотрел на меня.
— Указом Президиума Верховного Совета СССР, за отличные успехи в освоении новой боевой техники и поддержании высокой боевой готовности воинской части, наградить капитана Клюковкина медалью «За боевые заслуги»! — зачитал он указ и тут же начал аплодировать.
Вот уж неожиданно, так «неожиданно». Настолько, что я знал о медали ещё неделю назад. В моём звене наградили всех, а моя награда шла несколько дольше.
— Товарищ капитан, поздравляю!
— Служу Советскому Союзу!
— Горд, что не ошибся в тебе, Саня.
