Ангелы на льду не выживают. Том 2

Им к десяти утра нужно было проанализировать предложение партнеров и принять решение о стратегии и тактике ведения переговоров с ними. Дважды в течение этих посиделок устраивались получасовые перерывы, во время которых Ольга и Ксюша выходили в сеть и общались, а начальник дружественного отдела, как и подобает мужчине, читал новости мировой политики и экономики. Ольга за два перерыва успела написать три письма по электронной почте, причем одно из них довольно длинное, адресованное бывшей однокласснице, ныне проживающей в Австралии, обменяться сообщениями с кучей собеседников на «Фейсбуке», «Одноклассниках» и «ВКонтакте», а также проверить, не появилось ли новых комментариев об Алле Томашкевич, вероятно, чтобы немедленно кинуться в бой и защитить любимую актрису.

При этом многим Ольга написала, что находится в Иркутске, что у них сейчас ночь и что они втроем готовятся к завтрашним переговорам. Проверка показала, что мобильное устройство, с которого Виторт выходила в интернет, находилось в тот момент действительно в Иркутске, а вовсе не в Москве.

Но это еще ни о чем не говорило…

– Рома, мы можем быть уверены в том, что она действительно была в Сибири в тот вечер? – недоверчиво спросила Настя. – Она ведь могла дать свой планшет или телефон кому угодно, кто улетал в Иркутск, дала все пароли и попросила выходить в сеть и оставлять сообщения от ее имени. А сама оставалась в Москве.

Эта мысль, совершенно очевидно, посещала и самого Дзюбу, потому что он молча протянул ей вторую пачку распечаток, состоящую из нескольких листов.

– Ну, там дальше неинтересно, – пробормотал Дзюба.

«Ясен пень, что неинтересно, – подумала Настя. – Но, вероятно, весьма эротично».

– А что за суслик, которому Ольга звонит? – спросила она.

Петруччо презрительно фыркнул.

– Позвонить суслику, – это то же самое, что продаблиться, – пояснил он. – В туалет сходить.

На других листках оказались выдержки из переписки все той же Ксюши с другими адресатами, из которых неумолимо вытекало, что Ольга постоянно была в одной комнате с девушкой и никуда не выходила.

Если только в туалет.

– А что насчет сообщника? – спросила Настя. – Если она захотела отомстить за сына Томашкевич, то не обязательно же самой убивать. Кого она могла привлечь к делу? Любовника, например… Рома, у этой Виторт есть любовник?

Дзюба почесал в затылке и неуверенно кивнул.

– Мне такая инфа попадалась, но я ее не распечатывал, она к алиби отношения не имеет.

– Но сама любовная переписка у Виторт есть? – уточнила она.