Аркадий Петрович смиренно ждал, не задавая лишних вопросов, и, как только я сел, машина тронулась, тарахтя по мокрой брусчатке. Путь лежал в прозекторскую.
Глава 5
— Пока вы были заняты, господин Громов, — подал голос Аркадий Петрович, — я взял на себя смелость позвонить вашим подчиненным и вызвать их в морг, чтобы они приняли тело и подготовили помещение.
— Спасибо, Аркадий Петрович, — кивнул я ему, а сам внутренне напрягся.
Моим подчиненным… мне явно придется объяснять им, почему две незнакомые девушки, явно не относящиеся к коронерской службе, таскаются за мной следом, и уж тем более в патологоанатомическую.
Аргумент про расширение штата не самый железобетонный, но достаточный, чтобы замять непонимание на первое время. Судя по реакции Ковалева, я действительно мог нанимать работников.
Кстати, можно сказать, что специально их привел в морг, чтобы отбить все желание работать здесь.
Но зачем им работать у меня? Допустим, с Алисой можно объяснить бедственным положением.
Если я верно понял, то она осталась одна, а дело ее семьи разрушено. Девушка однозначно нуждается в деньгах. Тут вопросов нет, но Лидия… Она пусть мелкая, но аристократка. Вдобавок у нее есть семья. А муж вообще в моей службе работал. М-да… похоже, мне еще предстоит со всем этим разбираться.
Когда мы добрались до места назначения, я спешно выскочил из машины. Девушки вышли следом.
— Аркадий, благодарю. Вы свободны.
Шофер молча кивнул. Как только я захлопнул за собой дверцу, я почувствовал легкий запах табака — Петрович закурил.
Табачный дым повалил из кабины. Старый лис. Знает, что ему больше никуда не надо, и сейчас спокойно поедет домой.
Внутри снова заскребло острое желание взяться за сигарету, но я его подавил.
Здание прозекторской было современным, одноэтажным и целиком построенным из серого бетона и темного стекла. Оно имело L-образную форму и плоскую крышу. Архитектура была минималистичной и функциональной, без малейших попыток скрыть свое назначение.
Приемная занимала короткое крыло буквы L. Фасад был почти полностью стеклянным, но стекло было тонированным, почти зеркальным снаружи. Это создавало странный эффект: днем здание отражало небо и деревья, сливаясь с окружением, но заставляло посетителей видеть собственное отражение перед тем как войти внутрь.
Я снова покопался в памяти Громова. Прозекторская составляла длинную, глухую часть здания. Вдоль всей ее стены не было ни одного окна.
