— Очень хочется посмотреть на стеклянные шары! Я думаю, это красиво…
— Что за шары? — поинтересовался отец, и я вкратце объяснила ему нашу задумку. Он выслушал и удивленно хмыкнул.
— Никогда не замечал в тебе таких буйных фантазий. Ты с детства была практичной и серьезной.
— Ты считаешь мое занятие несерьезным? — я пристально посмотрела на него. Неужели он помнил, что собой представляла графиня в детстве? Интересно, каким он был отцом?
— Не знаю, — он пожал плечами. — Это так по-детски… Игрушки, шары… О каком герцоге вы говорили?
— О герцоге Хоконсоне, — ответила я и он изумленно приподнял бровь.
— Он бывает в твоем доме?
— Да, его светлость навещает нас, — ответила я. — Он и маркиз помогают нам… в некоторых ситуациях.
— Могут пойти разговоры, — барон недовольно поджал губы. — Он не женат, ты вдова…
— Какие разговоры? — я никак не могла привыкнуть, что в этом мире все немного не так, и правила приличия куда более строгие, чем в далеком будущем.
— Я никогда не остаюсь с ним наедине и с нами всегда Сесиль.
— И что? Если он станет слишком часто посещать имение, люди подумают, что он хочет сделать тебе предложение или же… что под видом невинных встреч в обществе баронессы, проходят тайные свидания, — сказал он и криво усмехнулся. — Послушай меня, я знаю, что говорю.
— Но это ведь глупо! — воскликнула я. — Какие тайные свидания???
— Общество не приемлет тех, кто отвергает его правила, — я заметила, что в его глазах появилось нечто, похожее на грусть.
— После того, как ты взяла ребенка из борделя, к тебе станут присматриваться все пристальнее, ожидая очередного скандала, и, поверь, повод они точно найдут.
— Плевать, — зло ответила я. — Я не желаю быть частью лицемерного общества, насквозь пропитанного ложью и живущего двойной жизнью.
— Ты должна понять: графиня, тайно принимающая в своих покоях лакея, будет выглядеть в глазах общества безупречнее, чем графиня в открытую попирающая правила, — произнес он с плохо скрытым раздражением и отвернулся к окну.
И что? Как мне нужно было поступить по этой логике? Вышвырнуть из дома Бернарда, прекратить встречи с Эрлингом и Лукасом и, извинившись перед Ханной, с раскаянием вернуться в общество. Да никогда!
— Сомнительное удовольствие — находится в одной компании с этими… гусынями! — Сесиль будто прочла мои мысли и упрямо сдвинула брови.
