— Ее сиятельство видела святого Мартина, и он ей сказал, что заглянет в нашу деревню! С подарками!
Ребятня возбужденно загалдела и помчалась прочь, но перед этим каждый из них останавливался возле меня и радостно говорил:
— Благодарю вас, ваше сиятельство!
— Вы хотите дарить им подарки и на святого Мартина? — отец Мадсон казался удивленным. — Но это… кхм… наверное, накладно, ваше сиятельство…
— Все нормально, — я чувствовала такое воодушевление, что хотелось плакать. Детские глаза, полные счастья трогали душу.
— Нам с баронессой совершенно не в тягость радовать их. Кстати, познакомьтесь — это мой отец…
О черт! Я не знала, как его зовут!
Но барон вдруг сказал:
— Позволь я сам. Барон Флойд Дирсон, отец Мадсон.
— Я рад знакомству, — добродушно ответил священник и строго посмотрел на нас с Сесиль. — Вам пора приезжать на воскресную службу, ваше сиятельство. Думаю, вы уже обжились в новом доме и вас ничего не отвлекает от Божьего слова?
— Прошу прощения, — я смущенно потупилась.
— Мы больше не пропустим ни одной службы.
— Я на это очень надеюсь, а теперь я хочу поговорить с вами о ребенке, к которому вы отнеслись со всей душой и подарили ему дом… — священник вздохнул, выпуская облачка пара, и близоруко сощурился. — Вы должны знать, что…
У меня моментально испортилось настроение и, приготовившись к неприятному разговору, я резко сказала:
— Этот ребенок не игрушка и мне все равно, чей он сын.
— Погодите, ваше сиятельство, — мягко остановил меня священник.
— Я хотел сказать, что вы поступили правильно, и я восхищаюсь вашей смелостью. Это христианский поступок и Господь непременно наградит вас.
Я облегченно выдохнула и улыбнулась сквозь слезы.
— Благодарю вас, отец Мадсон. Вы не представляете, что для меня значат ваши слова.
— Представляю, дорогая, — сказал он ласково. — Вы даже не понимаете насколько.
Мы еще немного поговорили о предстоящем празднике и, когда на дороге показались Нилс и Антон, попрощались, пригласив священника к нам на обед.
Вернувшись домой, мы обнаружили, что нас ждут гости, о которых мы говорили совсем недавно. Герцог и маркиз сидели на кухне и хохотали над байками тетушки Лонджины. Эрлинг держал на руках Бернарда и тот рассматривал его внимательными, серьезными глазами.
— А вот и вы! — герцог действительно обрадовался, увидев нас, и меня словно обдало теплом от такой реакции.
