Бальмануг. Невеста

И таким недовольным голосом, будто ему пришлось повторять.

""Ой, – спохватилась девушка, протягивая руку. – Так, Хелен, соберись! Еще чуть-чуть и всё самое страшное закончится"".

Руку девушки вложили в широкую мужскую ладонь, но поднять взгляд на жениха Хелен не решилась. Опекун добавил что-то про ответственность, время, предусмотренное богами на проверку искренности желаний, что-то еще. У Хелен от волнения немного шумело в ушах, и она не стала вслушиваться.

""Действительно, на первой в жизни помолвке как-то страшно.

Наконец, напутственные слова смолкли. Возникла пауза, во время которой ничего не происходило.

Девушка отважилась поднять взгляд на стоящего рядом мужчину, который держал ее за руку и тоже внимательно смотрел в ответ. У Хелен от пугающей мысли, что ее сейчас поцелуют, всё замерло внутри. От волнения она забыла наставления распорядителя торжества, а ведь он несколько дней объяснял ей, как и что будет и даже заставлял тренировать те или иные моменты мероприятия.

Но сейчас абсолютно всё вылетело из головы! На помолвках, вообще, поцелуй положен или нет? Что у нее ничего спрашивать не будут, Хелен помнила, поэтому и отвлеклась. Но что теперь?!

Заиграла в стороне музыка, вначале робко, но потом набирая силу, разливаясь над притихшей и чего-то ждущей толпой.

– Наш первый танец, – подсказал Лернавай, глядя на девушку с чуть приподнятой зачем-то бровью.

Развернулся, повел за собой Хелен в оставленное, видимо, для них пустое пространство.

""Фу-у-ух! Точно! Просто танец!"" – выдохнула про себя девушка от облечения. Теперь она вспомнила, что никаких поцелуев! Уж точно не в губы. Видимо, для местного ""пристойного"" общества помолвка недостаточно веский повод, чтобы разрешить поцелуи мужчине и женщине, собирающихся объединить свои судьбы на всю оставшуюся жизнь. Хотя на самом деле местное общество скорее ханжеское, а не пристойное – это юным девицам ничего нельзя, а мужики позволяют себе всё – и любовниц при живой жене, и даже склонение к сожительству тех самых девиц.

Видимо, вздох облегчения проскочил наружу, Лернавай покосился на Хелен и хмыкнул негромко:

– Вот уж не думал, что ты так обрадуешься Первому танцу со мной. Ты же была против нашей помолвки, Бальмануг. Или уже пересмотрела свои убеждения?

Этот ехидный тон и грубые намеки совсем не подходили к праздничному виду мужчины. Сразу портили весь образ жениха, до этого даже немного симпатичный.