Белое солнце дознавателей. Книга 2

Я навык чтения не успела освоить — тетя… умерла.

— Моя мать не поддерживала связи такого уровня…

Я пожала плечами.

— Я слышала стихи несколько раз и запомнила их, — тьма снова лизнула родовое кольцо.

Шахрейн молчал, постукивая дневником по коленке.

— Кто учил вас варить кофе? — спросил он без всякого перехода. — По — южному? Тоже тетя сира Софилиана?

— Варить кофе — обязанность слуг, — ответила я медленно. — И нет, я была слишком мала, чтобы освоить этот навык. Тетя учила слуг готовить так, как ей нравится. И там не один вариант — около десяти различных вариаций, в зависимости от состава специй, температуры воды, и…

— Достаточно, — прервал он меня жестом, но привычный эффект смазался, от того, что голос звучал в нос, и я с трудом подавила желание улыбнуться — это было так смешно.

Больше Таджо не задавал странных вопросов, и диалог вернулся в нормальное деловое русло. Прорехи маги запечатали — справились общими усилиями, Арку откроют к обеду и наша маленькая группа вернется в Хали — бад. Там меня с рук на руки передадут команде северян и на этом ответственность менталистов закончится.

Вестник вспыхнул перед Шахрейном внезапно, покружив в воздухе.

— Поздравляю. С вас официально сняты все обвинения леди Блау.

Я кивнула, благодаря за информацию.

— Будьте готовы к отъезду, — короткий повелительный взмах руки в сторону двери — разговор окончен.

У самого выхода я развернулась и присела, делая шаг назад и чуть не упала — правая нога прилипла к полу.

Я отодрала сапог от ковра — чпок — и здесь смолка Райдо!

Когда он выплюнул жвачку на пол в операционной Магистр выразился емко, коротко и крайне однозначно — что забьет ему это в рот и Райдо придется вылизать языком весь стерильный пол, если он ещё раз позволит себе подобное.

Все — таки Райдо свинья, а не менталист.

Я с отвращением цокнула языком и повозила подошвой по ковру, пошаркала, чтобы мерзость отлипла.

— Что — то ещё, леди? Вы хотите что — то спросить, раз вы ещё здесь и не идете собираться? — Шахрейн задал вопрос устало, даже не обернувшись.

Спина Таджо выглядела привычно — обрисованная льющимся из окон светом — сколько раз я разговаривала с его спиной — не сосчитать.

— Нет…

И тут он повернулся ко мне лицом.

С натянутой неестественной улыбкой, как будто уголки рта просто взяли и насильно раздвинули в стороны, забыв про глаза — холодные и цепкие, оценивающим каждое мое движение.

Я вздрогнула.