Белое солнце дознавателей. Книга 2

С просьбой наследнику Тиров вернуть золотые, потраченные на получение информации.

Ровно пятнадцать штук.

Южная предел, окраина Хали-бада

Каро не сиделось на месте. Мешал шум за окном — и он бросил купол, сорвался с места и лично опустил вниз то жалкое подобие, кое здесь выполняло роль штор в приличном доме. До этого ему было душно — и он расстегнул форму на дозволенные по регламенту верхние две застежки — не более, и велел легионерам открыть окно.

Когда распахнули створки, появился шум, запахи… мерзкие запахи, живущей своей жизнью, улицы лавочников.

Он сел за стол, поправил лежащие перед ним пергаментные листы, развернул тушницу, подвинул ближе кисти и… поморщился."

"Тишина — да, купол её обеспечивал, но он-то знал, что окно распахнуто, а раз распахнуто, там улица, а раз улица, там шум, а раз шум — это будет раздражать, а если он будет раздражаться, может потерять концентрацию, а если он потеряет концентрацию…

Каро усилием воли вернул лицу состояние «камня», которое давно и усердно копировал у Ведущего, и оборвал мешанину мыслей.

Ему важно сосредоточиться на допросе. Важно сосредоточиться на допросе. Важно…

…потому что они его оставили одного!!!

Сначала ушли Наставник Ашту и Малыш Сяо, потом следом, сбросив все обязанности руководить на Райдо, а выполнять всю грязную работу — как всегда! — на него, ушел сир Таджо. Лидо как всегда пропадал в Госпитале. Райдо… Райдо вообще даже не пытался сделать вид, что ему важно то, что они делают. Этот…этот… «старший по звезде» просто хлопнул его по плечу, бросил на стол дополнительное кольцо проверки, на случай выхода из строя личного, и… удалился.

«Вернусь, проверю».

Проверю? Проверю?! Сначала всю работу скидывают на него одного, а потом — проверю?! Может он тоже хотел сейчас быть на Трибунах вместо Малыша, а должен торчать здесь…

У двери громко кашлянули. Охранник-легионер, который запускал — по-одному, тех, с кого требовалось снять показания, напоминал, что работы ещё много. Так же, как кашлял, когда он открывал окно и устанавливал внешний купол.

…нет, ну как они могли бросить его одного!

— Кхм-кхм-кхм…

— Заводи! — Каро ещё раз переложил бесполезный пергамент на столе и подровнял.

Двенадцать человек. Семь из них уже стали семью листами в соседней стопке, под которым он поставил росчерк.