Белое солнце дознавателей

А менталисты всегда склонялись неохотно. Казалось, даже Император и тот, проявлял больше уважения к тем, кто составлял один из столпов его власти. Но только не Второй Наследник.

– Подняться! Благодарить за милость сиятельного Феникса!

Зычный голос повторил привычную команду, трещотки снова пропели, делая полный круг, и Рябой начал медленно подниматься справа.

– И да продлятся зимы его!"

"– ...и да продлятся зимы его, – нестройным хором повторила вся аудитория разом.

– И да будет полон источник его!

– .

..и да будет полон источник его... – послушно повторил хор.

– И да осенит Пресветлая дланью своей великий род Фениксов...

–... великий род Фениксов...

– ...хранящих Империю!

– ...хранящих Империю... – закончили все нестройно.

Я выпрямилась, но смотрела в пол – два-три, два-три. Два-три. Я считала вдохи и выдохи, повторяя дыхательную гимнастику. Рука с мелом дрожала, и я сжала её в кулак.

Сука.

Великий, за что ты не любишь так дщерь свою?

Я бы подготовилась, учла все, но совершенно не готова была встретить Феникса здесь и сейчас.

Вот так.

Кантор говорил, что сегодня – день посещений значимых мест Хали-бада, маршрут заранее согласован. Академия тоже в списке? Иначе что ему делать здесь именно сейчас?

– Продолжать! – отрывистая команда сопровождающего прозвучала, как удар хлыста, и Рябой почти подпрыгнул на месте.

Таджо я не видела боковым зрением – он стоял чуть позади, но от напряжения, которое от него исходило – шея покрылась мурашками. Второго наследника не было и в его расчетах.

– ... продолжать... слушаюсь... прения... прения... – заблеял он тонко, но потом прокашлялся, выпрямился и продолжил совершенно нормальным – магистерским тоном. – Леди изъявила желание продемонстрировать красоту своих мыслей и подтвердить расчеты сира Таджо... леди прошу...

Палочка мела в руке скользила – пальцы стали влажными. Я посмотрела наверх – они заняли почти два последних ряда полностью. Геб спустился вниз – к кафедре, и сидел – один единственный на этой стороне аудитории, вжав вихрастую голову в плечи, как будто хотел стать незаметнее.

Малыш Сяо наоборот поднялся наверх, и почтительно вытянувшись, стоял за спинами ревизоров-дознавателей, которые изучали свиту второго Наследника, как любопытный экспонат в музее эпохи грани. Контраст ошеломлял – суровая стена менталистов в черном, против свиты, разряженной в пух и прах – драгоценности и кольца переливались на свету, от разноцветных одежд рябило в глазах.