В плане изобретательности Алина всех переплюнула, глупая, наивная, ага… За свою любовь к Россу, всех вокруг пальца обведет.
Хорошо срок маленький, с пузом бы фиг полезла, цепляюсь руками за чертову трубу, осторожно слезаю вниз. Двигаюсь тихо, чтобы охрана не услышала.
— Тебе все равно не поздоровится, когда Руслан вернется, — шиплю, становлюсь на ящик, — где ты там?
Чувствую слабый захват, и ладошка соскальзывает, подтягиваюсь на цыпочках, уже крепче, намного, черт возьми, сильный рывок и меня перекидывает через забор на ту сторону.
"
"Падаю в снег лицом, но тут же отряхиваюсь, натыкаюсь взглядом на мужские ботинки. С ужасом поднимаю глаза, замираю душой и телом, когда вижу Коэна.
— Яночка, дорогая, прости… — почти не слышно, шепчет Алина, — он сказал, что знает Росса, — девушка переживает, искренне раскаивается, находясь в полубредовом от страха состоянии, — он сказал, что убьет меня, — трясущейся рукой указывает на Коэна, — а тебя нет.
Ну, что я могу ответить, банальное — ничего.
Нет таких букв, чтобы объяснить то состояние, в котором сейчас прибываю. Холодно только сидеть в снегу.
Беру свои слова обратно, по поводу изобретательности Алины. Наивная, повелась на красивый член Росса, и поверила первому встречному, точнее Коэну. Мужчина по своим каналам раздобыл цифры подруги и связался с ней по скрытому номеру.
Наплел такую чушь, что пятилетний ребенок бы не поверил, а она — да. Четкий продуманный план побега, зародился естественно не в голове Алины.
От досады сплевываю в снег, нахожу в себе силы, чтобы подняться, выпрямляю спину, молча сморю девушке в глаза. Ее трясет как Каштанку, и она буквально горит от стыда, корежится чего-то, переменно поджимает ноги.
— Милая, я очень скучал по тебе, — острой бритвой режет слух, голос безумного Коэна.
За его спиной медленно подступают к нам еще два шакала. Сохраняю внешнее спокойствие, думаю, как лучше спасти наши шкуры.
— Ян, я люблю тебя… — давит слезы Алина.
А вариантов других нет, и я громко кричу, чтобы подруга уносила ноги, тоже срываюсь.
Мурашки холодной волной прокатываются по телу, зрачки расширяются. Почти лечу, чувствую бешеный коктейль адреналина вперемешку с удушающим страхом. Сердце колотится, и мы на пару визжим, привлекаем внимание Юсуповской охраны.
Успеваю приблизиться к углу забора и чувствую, как мужские руки с силой тянут обратно. Мое лицо затыкают вонючей тряпкой, отбиваюсь, будто в конвульсиях, задыхаюсь.
