Сразу такой, уютный, простой что ли.
— Ну, наконец-то ты приехал! — кидается ему на шею подруга.
Мужчина окончательно теряется и робко кладет свою ладонь на лопатки подруги. Я стою дальше, напротив, и мне прекрасно видно ту боль, которую сейчас испытывает Руслан. Он столько лет ждал этого, искренних объятий своей дочери. Даже боюсь предположить, что сейчас происходит в его душе. Впервые в жизни я не стесняюсь тех слез, которые градом хлынули из моих глаз, но закусываю губу и немым жестом показываю, что цель визита совершенно иная.
— Рус! Гляди, у Янки совсем нервы сдают! — отстраняется подруга, пальцем указывает в мою сторону.
Юсупов напряженно сдвигает брови, не разуваясь, идет ко мне. Я беру его за руку, веду в спальню, демонстративно закрываю перед носом любопытной подруги дверь. Тяжело дышу, стараюсь успокоиться, по привычке закатываю рукава кофты.
— Ян, прости, — тихо произносит Руслан."
"Он становится за спиной, кладет руку мне на живот, второй обхватывает запястье и подносит к своим губам.
Легкое касание — стыдливое раскаяние. На коже уже вовсю синеет гематома, оставленная инвестором еще в клинике. До сих пор больно, но сейчас не до этого.
Я разворачиваюсь к мужчине лицом, беру двумя пальцами его подбородок, тяну ближе.
— Ты даже представить себе не можешь, Юсупов, как я сейчас на тебя зла, — шепчу ему в губы.
Руслан криво улыбается, я вздрагиваю, чувствуя, как горячие ладони ложатся на мой зад. Невероятно, только выскочил из постели Блонды и снова в бой.
Толкаю мужчину в грудь, вырываюсь, подхожу к кровати, хватаю планшет.
— Как тебе? Ммм? Ты и сейчас будешь утверждать, что все хорошо?
Его темно-карие глаза на миг округляются, однако физиономия как всегда невозмутима, он тяжело вздыхает, проходит дальше, садится на кровать, сминая атласное покрывало. Теперь Руслан тоже знает и мне от этого чуть легче, становлюсь дальше, подпираю спиной дверь.
— И кто это сделал? — глухо произносит мужчина.
— Крысы, Руслан, завистливые крысы из агентства! Но мне админ сказал, что удалит к утру.
Юсупов встает, трет глаза, кидает устройство на матрас.
— Поздно уже, — не меняя тона, произносит инвестор.
Мысленно прошу о помощи всех Святых, потом проклинаю Юсупова. И угораздило мне с тобой связаться.
— Что теперь делать? Отвечай! — кричу, топаю ногой. — Меня убьют?!
— Поживешь пока со мной.
Вот это спокойствие с его стороны раздражает до чертиков, как ногтями по стеклу. Корежит просто.
