— Где же ваша честь? Почему не сказали Юсупову сразу о цене жизни?
— А разве это имеет значение? — он делает шаг вперед, потом еще. — Если твой возлюбленный решил спасти свою шкуру, не думая о последствиях, то чья же тут вина? Ммм? Правила для всех едины — победа или смерть.
Ублюдок так близко, что я рефлекторно отворачиваюсь, дабы не ощущать его дыхание на своем лице, но он хватает меня за подбородок и насильно заставляет смотреть ему в глаза.
— Ты его сын… — шепчу.
— Верно, Коэн младший. Отец давно умер, а долг за Юсуповым все же остался.
Меня до пота бросает в жар, когда я вижу, как мужчина медленно тянется и хочет наградить своим поцелуем. Кровь закипает в жилах, совершенно себя не контролирую от злости. Упираюсь ладонями в его грудь, отталкиваю.
— Пошел в жопу, Коэн! С меня достаточно! Я не могу больше находиться на одной территории с таким лицемером как ты!
И как таких земля носит? Ух, будь я сильнее, на месте бы придушила этого гада.
Быстро шагаю вон из кухни, миную маленький коридорчик, отделанный деревянной вагонкой, потом большую комнату с гипсовыми богами.
И только когда кладу ладонь на железную ручку входной двери, вспоминаю, что вообще-то нахожусь в заложниках.
Твою мать, так, Степанова, главное не просрать момент.
Дух захватывает от волнения, но открываю створку. Меня обжигает морозом, и я все равно бегу, словно в бреду пересекаю двор коттеджа, бешеная волна адреналина, максимальное сердцебиение. Толкаю ворота, еще, со всей силы.
— Далеко собралась?
Гребаный Коэн, как ты не вовремя.
Я задыхаюсь и с ужасом оборачиваюсь. Довольный мужчина стоит на пороге, улыбается, размахивает связкой ключей.
Боже, он двигается ко мне.
Что делать? Нуу? Кричать, визжать, звать на помощь? А вдруг не услышат? А если будет только хуже… Так мало времени для раздумья."
"— Давай милая, — на середине пути тянет ко мне руку, — все хорошо, иди сюда, не бойся.
Хочу слиться с железными воротами, так сильно вжимаюсь в них спиной. Отчаянно разглядываю территорию вокруг.
Коэн младший, совсем рядом, за пару тройку метров, его ладонь зазывает, желая ответного жеста.
Ботинки скользят, но я резко дергаюсь влево, во власти аффекта, на четвереньках перелезаю через накиданный сугроб, в половину моего роста. Поднимаюсь на ноги и уже бегу к беседке.
— Не зли меня, милая, — слышу рассерженный голос. — Хочешь поиграть?
Прячусь за деревянной постройкой, выглядываю из-за угла. Коэн, будто хищник, уверенно крадется за своей добычей.
