— Даргерт, — прошептала я, почувствовал, как увлажнились глаза и капля скатилась по щеке, — неужели ты не понимаешь, что ты просто козел отпущения? Тебя используют как ширму, как прикрытие. Подумай сам: если бы они возложили эту миссию на своего собрата, то это была бы тень на их репутацию. Один наваит, который бы все провернул, непростителен, он наводит на мысли, чему именно учат в ордене, в отличие от сумасшедшего темного, который все и затеял, которому помог наваит-отступник. Ты их прикрытие от эрлорда.
Неужели ты не понимаешь, что он убьет нас? Убьет обоих, если ты умерщвишь этого ребенка."
"— Не убьет, — отрицательно покачал головой темный, — я из знатного рода, если ты не забыла. Эрлорд не посмеет развязать войну между Ардахеймом и Фарахеймом моей смертью. Его владения для него превыше всего, превыше собственного счастья. Неужели ты еще не поняла, что он — сам лед? Узнав, что ребенок, которого он пытался спасти, умер, он разозлится, но здравомыслие не дадут ему ничего со мной сделать.
Он найдет другой способ осуществить задуманное.
Задуманное? Он действительно думает, что за рождением этого ребенка стоит эрлорд? Ему так рассказала Аламинта? Хотя, в сущности, откуда мне знать правду? Если только поверить словам лорда де Шалиса о дурной компании, в которую попала Аламинта.
— Разве он не имеет права мстить за свое убитое дитя?
— Нерожденное дитя, — напомнил мне Даргерт, — это ведь не считается убийством, Аламинта. Закон будет на нашей стороне, особенно если ты скажешь, что по собственной воле сбежала со мной, что тебя держали в пленницах.
— Я не скажу этого…
— Пока — да, но скоро твоя связь с Хассаиром оборвется, и ты вновь полюбишь меня.
Я не ответила. Прикрыла глаза и тихо плакала. Я бессильна. Магии во мне нет, руки связаны, медальон тоже потерян. Почему же ни эрлорд, ни делорд не могут меня почувствовать? Что сделал Даргерт? Как же ужасно, когда ты не можешь спасти собственное дитя, пусть даже нерожденное! Сейчас я готова бы все отдала, лишь бы он выжил.
Пусть бы жил вдали от меня, но лишь бы остался жив!
Вот тебе и сказание о царе Соломоне…
— Готово, — возвестил Даргерт и поднял в руках небольшую пробирку. — Не сопротивляйся, дорогая моя, скоро все закончится.
— Пожалуйста, Даргерт, не надо! Пожалуйста! Умоляю тебя, не надо! — Я буквально забилась в истерике, отползая как можно дальше, пока не забилась в угол между шкафом и стеной — дальше идти уже было некуда.
