Беременная для Зверя

 Любовь к адреналину, скорости и острым ощущениям.

Там, внутри, тормозов нет вообще. Нет принципов. Нет морали.

Есть только нездоровое любопытство. Жажда неутолённая. Голод.

— Отпустите… — пищу еле слышно.

— Чёткая бабёнка.

Голос у него хриплый и сиплый. Ворон каркает — и то приятнее. Продирает мурашками до озноба. Зуб на зуб едва попадает.

— Отпустите. Я здесь не одна. Сейчас…

Ржёт. Громко. Пальцами щёки обхватывает и сплющивает. Губы трубочкой вытягиваются.

— Чё ты булькаешь, рыбка? Громче говори!

— Я здесь не одна! — пытаюсь голосу своему уверенность придать.

 — Я с мужчиной.

Голос дрожит и слова расползаются. Составными слогами. Но я стараюсь не падать в обморок.

— М-м-мой мужчина не любит, когда ЕГО трогают. Вам лучше отпустить меня прямо сейчас!

— Да ну? И что за хрен с горы у тебя в хахалях ходит? — ухмыляется гнусно…

Глава 65. Арина"

"— Правду она говорит. Не люблю, когда моё трогают! — раздаётся голос Зверя позади меня.

Я разом обмякаю в руках ублюдка незнакомого. Голову поворачиваю в сторону Зверя.

Кажется, ещё ни разу не была так ему рада. Смотрю на него сквозь пелену слёз выступивших и улыбаюсь, шепча одними губами кличку его.

— Отпусти её, Палач, — просит Зверь. — Или ты за ней пришёл?

— Нет. Не за ней. И если уж вопрос встал, то и не за тобой.

Палач? Тот самый? Я мельком его фигуру исполинскую окидываю и зажмуриваюсь. Громила-убийца. Реально Палач. От страха обмереть можно.

Палач медленно пальцы разжимает. Я ласточкой скорой к Зверю лечу. Сама прижимаюсь тесно и обнимаю за торс его мощный.

Лицом в грудь, чтобы не видеть и не слышать ничего. Только стук его сердца. И запах пряный вдыхать. Он, может быть, сам не из лучших. Но единственный, с кем я себя чувствую защищённой от всех прочих угроз.

Зверь одной рукой мои плечи оборачивает, пальцы сжимает. Словно успокаивает. А я его запахом дышу, как кислородом.

— Вцепилась, — хмыкает Палач. — Не оторвать. Твоя, что ли?

— Моя.

— Мелкая. Ладная… Симпотная мордашка. Надолго она у тебя? — лениво интересуется Палач.

Зверь напрягается всем телом. Словно к прыжку готовится.

— Тебе зачем?

— Я таких малышек драть люблю. Выглядит аппетитно. Взял бы попользоваться.

— Ты трупы трахать любишь? — холодно интересуется Зверь. Но в спокойном голосе ярость медленно обороты набирает.

Я хорошо знаю эти интонации. Как затишье перед бурей.

— Чё? Какие трупы?

— Такие. Она — моя. И от меня уйдёт только мёртвой, — чеканит Зверь.

— Серьёзное заявление… — Палач меня разглядывает.