Нам докладывают, что впереди всё чисто. Можно тачки бросать в неприметном месте и тариться по закоулкам пустующего здания, ожидая приезда Исаевых.
— Выходи, — толкаю Ареса в плечо.
— Ты меня не послушаешь. Но я всё равно скажу, — упрямо добавляет Арес, глядя прямо в глаза. — Из-за этой девки ты прольёшь много крови дорогих и близких тебе людей.
— И первой прольётся твоя кровь. Вылезай, старый. Не испытывай моё терпение…
Пятый отгоняет тачку в неприметное место. Мы прячемся на территории. Смеркается. Тихо. Держусь за колонной, мысленно подсчитывая своих людей.
Продумывая, что может пойти не так. Привычка.
Внезапно слышится шорох шин. Исаевы. Весь слухом обращаюсь. Но тачка не одна. С охраной. Как всегда. Но охраны не очень много. Исаевы подвоха не чувствуют. Думают, что всё им сойдёт с рук. Зря. Крепче рукоять ножа сжимаю.
Кажется, он даже звенит. От жажды крови.
Слышатся приветствия. Арес неторопливо приветствует Исаевых, как старых друзей. Приехали оба брата — Усман и Казбек. Как попугайчики-неразлучники, всегда вместе.
— Всё сделано, — спокойно говорит Арес.
— Вот как? — переспрашивает Казбек. — Порохова в клинике целое представление устроила. Кидалась на мою старшую дочь с ножницами. Психопатка, как и её отец.
— Опасная, — поддакивает Усман. — От такой можно ожидать всё, что угодно. Когда мы услышим новости о её смерти?
— Не так быстро, — важно отвечает Арес. — Нельзя вызывать подозрений. Скоро девчонка скинет нежеланный плод… Это займёт несколько дней.
— Долго, — недовольно цыкает Усман.
— Не торопись, брат. Спешка не приводит ни к чему хорошему, — осаживает его Казбек. — Арес прав — пусть всё идёт так, будто девка сама выблядка скинула. Потом от горя или ещё от чего таблеток якобы наглотается. Арес проследит… У него доступ ко всему имеется, — слышу как в голосе Казбека слышится довольная улыбка. — Наш новый старый друг сделает всё в лучшем виде.
— Уже начал делать…
Арес говорит спокойно. Будто рядом нет ни меня, ни моих людей. Отыгрывает отлично. Потому что знает — на кону жизнь его родной сестры и двоюродной.
За своих он готов жопу рвать на британский флаг.
— Деньги у вас с собой?
— Разумеется, — в голосе Исаева Казбека слышится сытое довольство, как у кота, обожравшегося свежей рыбы. — Усман, покажи нашу благодарность…
Слышатся шаги. Усман топает обратно к тачке. Хлопает дверь. Идёт в обратном направлении.
Пульс бьёт оглушительно. Адреналин в крови бурлит так, что я ничего не чувствую. Будто над землёй приподнят.
— Держи.
