Успокаиваю себя тем, что Порох бы непременно похвастался.
Слабое утешение. Другого не дано.
Кажется, Пятый прав насчёт Немца.
Он во время взрыва тоже пострадал. В больнице провалялся несколько дней. Больше всех орал, что Пороху это с рук не сойдёт. Но Немца не так сильно потрепало.
Пытаюсь понять, есть ли ещё среди моих людей предатели? Выходит, было немало — Немец, Тахир, псарь этот, что у Тахира на побегушках.
Грамотно всё организовали. Пока двойник Пороха в клубе заварушку устроил, сам Порох по-тихому вплотную к дому подобрался.
Машины охраны отсекали по одной, пока Малую к дому везли.
Благодаря Тахиру, который Пороху все ходы-выходы слил, проникнуть внутрь людям Пороха было не так сложно.
Забрали Малую. Едва ли не с парадного.
Нашумел. Многих людей положил. Ещё больших ранило… Провёл меня, как щенка, и ушёл. Забрал и Малую, и свою шавку верную — Тахира. Тот, гнида, инсценировал вскрытие! Кровищи было столько, что вызвали скорую. Но он лишь прикидывался полудохлым. По камерам видно, когда началась заварушка, его псина не последнюю роль сыграла.
Псарь, работающий на Тахира, открыл вольер. Вулкан сразу к своему хозяину кинулся. По его команде подрал много наших. И собак, и людей.
Взрывы… Выстрелы. Конь Троянский сделал своё дело.
На одной из камер видно, как моя Малая бежать пытается. Удрать в сторону. Сама Порох за ней увязался. Дальше неясно, что было. Но мелькнули они на камерах уже в последний миг. Порох припадал на одну ногу. Подстрелил его кто-то. Но не убил.
Ничего. Он для меня останется.
Голыми руками порву.
***Вовремя метнулся за Немцем. Успел застать, как он чемоданы пакует. Вернее, выбрасывает из тачки. Уже темно. Крадусь в тени, сжимая ствол. Слушаю перепалку.
— Рамиль, ну как же так? — ревёт в голос Кристина, та баба из деревни.
Очередной чемодан с треском вылетает. Разваливается. Куча барахла и белья вываливается.
— Какой я тебе на хрен Рамиль?! Кто тебе право давал по имени меня называть?!
— Не-е-е-емчик мой… Я с тобой хочу. Даже без чемоданов!
Кристина обегает тачку и залезает на переднее сиденье.
Немец сгребает её за шиворот и оттаскивает, приложив лицом об машину.
— Вон пошла, курва. Своё отработала. Бабки получила. Вали!
— Зверь меня убьёт. Ты же понимаешь… — ползёт на коленях к Немцу. — Возьми меня с собой. Сам знаешь, я умелая. Смекалистая. Полезной тебе буду…
— Ты, шмара, с баблом спалилась! Уходи сама, не то пристрелю.
Немец выхватывает пистолет из-за пояса. Не успевает выстрелить. Я первым к нему подбираюсь.
