—Какой смысл переезжать, если мы, итак, потеряем большую часть активов и клиентов? — непонимающе произнёс Соломон, чем вызвал недовольный взгляд отца.
—Они не простят. Это очень опасно отец, — старший брат сразу догадался о планах родителя.
—Мне не нужно их прощение. Наш банк в любом случае в проигрыше. Потеря репутации необратима. Конкуренты в Голландии и Англии не упустят возможности пнуть раненого зверя. Всё не так плохо, мы не только не разоримся, но даже без видимых сложностей перенесём выплаты. Но повторяю, банк откатиться на десятилетие назад и придётся забыть обо всех планах.
Это неприемлемо. Значит, мы просто выплатим не все суммы, доверенные нашему банку, в том числе и курфюрсту. Другого пути я не вижу.
—Всё равно не пойму, зачем уезжать? — Соломон продолжал упорствовать.
—Потому что вся ставка делалась на войну, которая может продлиться ещё десятилетие, — не выдержал Амшель и начал разъяснять брату, — Мы планировали стать расчётным банком для армий коалиции, в первую очередь Англии и Австрии.
Без нужных капиталов мы просто один из банков, далеко не самый солидный. А по меркам некоторых английских и голландских контор, мы просто нищие, особенно после выплат обязательств клиентам. Поэтому единственный выход — не платить вкладчикам, продать все активы с недвижимостью и отплыть в бывшую английскую колонию. Я прав, отец?
—Почти, сынок! — улыбнулся Майер Ротшильд, с гордостью глядя на старшего сына — Не забывай, что нас не простит аристократия. Диаспору обманывать нельзя, я ещё не сошёл с ума.
Все обязательства перед франкфуртской общиной, а также нашими партнёрами в Англии и Голландии мы выполним до последнего пфеннига. Но есть ещё страна в Европе, где аристократия уничтожена и которая стремительно распространяет своё влияние на соседей. Мы просто обязаны открыть свой банк во Франции и у меня основная надежда на тебя, Амшель. Возможно, придётся сменить имя, но тебе нужно переезжать в Париж. Это не входило в мои первоначальные планы, но обстоятельства сложились иначе, значит, придётся всё переигрывать на ходу.
Мы тем временем отплывём в США.
—В Америку? — опять воскликнул Соломон.
Майер разочарованно вздохнул. Всё-таки его второй сын отличный банкир, просто идеальный исполнитель, поражавший его своей усидчивостью. Он мог довести до идеала любое порученное дело, но вот с воображением и кругозором у него были проблемы.
—Как правильно заметил твой брат, мы очень надеемся на идущую войну.
