Новые снаряды обозвали погремушками Данилова, это я приложил свою руку.
Завтра многое решится и неизвестно как закончится лично для меня. Ещё раз проверил все письма и завещание. Дал указания Дугину и строго-настрого запретил ему лезть в битву. У Петра стоит задача передать письма адресатам и уничтожить их, в случае попытки захвата моего секретаря.
Первые две атаки мы отбили, практически не вступая в жестокое противостояние. Думаю, это была больше разведка боем со стороны французов. В центре наших позиций войска даже не вспотели.
Там были такие укрепления, что на танках не прорвёшься. В свою очередь, на флангах были устроены ловушки, но и был создан простор для неприятельских войск. С правого их ждали две мощные артиллерийские засады, расположившиеся в лесу. Складки местности были такие, что батареи оказались на возвышенности и картечь там могла нанести просто колоссальный урон. Наш фланг тоже был ловушкой, но с элементами ноу-хау и с обязательными артиллерийскими позициями. А вообще, русские войска расположились полумесяцем с выдвинутыми флангами.
Прямо-таки новые Канны[1], надеюсь, что нас ждёт такая же эпическая победа.
Но по мере того, как республиканцы наращивали свои силы, многим становилось не до смеха. Егерям с утра пораньше удалось притащить очередного языка. Скоро у нас будет целая коллекция французских офицеров на любой вкус и цвет. По словам пленника, нам противостоят дивизии Шабрана и Сен-Сира. Пусть изрядно потрёпанные, но войска французов превосходят наши раза в два.
Австрийские офицеры, которые кучковались недалеко от нас с Антоном, явно посмурнели. Надо их взбодрить что ли. Не сказать, что они трусы, просто мыслят иными категориями. Бить вчетверо превосходящую армию турок под командованием Суворова они могут. А как начинают задумываться о количестве врагов, людей будто меняют.
—Чего приуныли, господин хауптман, — обращаюсь к командиру батальона богемцев, — Граф Суворов никогда не интересуется численностью неприятеля. Обычно он спрашивает, где враг и атакует.
—Так это великий Суворов, Ваше Высочество. Но сейчас его с нами нет и даже его гений вряд ли исправил бы сложившуюся диспозицию.
Ну что за упаднические настроения? Тебе через полчаса вести своих парней в атаку. Солдаты тоже люди и видят настроение офицеров. Вон как пара унтеров навострили уши, прислушиваясь к разговору. Ладно, надо взбодрить союзников, пусть и при помощи обмана.
—Скажу вам по секрету, но фельдмаршал уже близко.
