Бессильный чемпион. Том 3

Обернувшись, она вздрагивает. Испуганно обнимает подтянутые колени. Мне ее реакция не нравится. Совсем. Медленно оглаживаю девушку рукой по белоснежным волосам.

— Разве не прошло то время, когда ты меня боялась?

Она ловит мою ладонь и прижимает к щеке. Проходят секунды, прежде чем отпускает и решается сказать:

— Это время никогда не пройдет, пока я не буду полностью честна с тобой.

— Так будь, — пожимаю плечами.

Она резко дергает головой и сбрасывает густую прядь на лицо, отгораживаясь от меня каскадом волос.

— Я сканировала женщин.

Ну, писец. Черная вдова, а никакая не Гюрза. Дворяне, называется. Нахрен их кодексы, нахрен их фальшивое благородство. Либо я сделаю из этих сволочей нормальный класс, куда попадают только достойные, либо смою в Эразин вслед за Градгробом. На Софию злиться нет смысла, вся эта гниль идет от ее покойного отца, она была еще совсем соплячкой, когда папка за руку привел в полицейские застенки и велел сканировать свою первую жертву.

— Подвинься, — рывком сажусь на диван рядом.

Она перебирается на другой край, тут же обхватываю ее за талию и притягиваю обратно.

— Далеко собралась?

— Тебе же неприятно близко со мной находиться, — отводит взгляд.

— Ох, замолчи, — сгребаю в объятия. — Я же сказал, что прослежу, что больше ты не убьешь невинных. Поэтому будешь на виду.

Сжимаю княгиню крепко-крепко. До боли. Так что не рыпнется. Она и не рыпается. Лежит у меня на коленях головой и молчит, уткнув нос мне в руку, и вдыхает мой запах. А я хмуро перебираю пряди ее волос. Встрял так встрял. Но никуда теперь не деть ее — тираннозавра души моей.

Немного побаюкав свою ненаглядную массовую убийцу, отодвигаю с колен белокудрую голову и поднимаюсь.

— Ты куда? — тут же спохватывается княгиня.

— Пора делом заняться. И так утро потеряли.

— Ну, побудь еще немного, — канючит как ребенок. Она тянется за пультом на журнальном столике. — Может, это тебя задержит?

Переключает с федерального канала на какого-то блогера. Худой длинный как жираф парень интервьюирует женщину.

— Значит, вы готовы повторить заявление? — спрашивает «жираф». — Громко. На всю страну.

— Пожалуйста, если просите, — морщит лицо женщина. — Десять лет назад князь Стефан Настьев изнасиловал меня.

Перевожу недоуменный взгляд на Софию.