— А, это я мигом! Давай-ка!
Мерата помогла распустить завязки, и платье, наконец-то, можно было снять.
Лина спешно переоделась и вспомнила о второй проблеме.
— Что? Не пойму я… А, в уборную надо?
Лина яростно закивала.
— Здесь нету, что ли? — женщина заозиралась. — Я скажу Сетьену, это дворецкий наш. Прости, вывести тебя не могу без разрешения. Потерпи, хорошо?
Лина вздохнула и кивнула.
— Доела? Вот, отвар ещё.
Куда ей пить, если и так еле терпит?
Девушка отодвинула бокал и выразительно посмотрела на Мерату.
— Да, понимаю. Ну, давай тарелки, сейчас отнесу и найду дворецкого. Отвар, смотри, не пролей, а то и тебя накажут, и меня! Хозяин у нас добрый, но очень не любит, когда ему перечат или не делают, что он велел. Никогда он никого силком в постель себе не укладывал. Видно, всё когда-то случается в первый раз.
Девушка кивнула в очередной раз и чинно села на стул, показывая, что будет ждать.
Мерата скрылась за дверью.
Получается, прислуга герцога не знала, что он должен жениться, и её приняли за провинившуюся служанку? Прелестно, нечего сказать.
Впрочем, а на что ты надеялась, когда решила отвергнуть жениха? Герцог ей ясно сказал — или женой, или рабыней.
После еды потянуло в сон, но зов природы все сильнее и сильнее напоминал о себе.
Лина ёрзала на стуле, не сводя глаз с двери.
Куда они все пропали? И о чем думал герцог, позаботившись о чистой одежде для неё и забыв, что в комнате нет выхода в уборную?
Или — это и есть её наказание?
Единый, и зачем только она поела?
***
Стефан сгрузил ношу на кровать и вышел, оставив невесту обдумывать услышанное.
"
"Если в Храме, он был сначала в недоумении, потом — в бешенстве, мечтая собственноручно выпороть дерзкую девчонку, то теперь обдумывал возможность немедленно сбагрить кому-нибудь строптивое приобретение.
В конце концов, как бы редко ни проявлялись одаренные, у него еще есть время, чтобы подобрать другую жену. К чему ему эта головная боль?
Мужчина прошел в кабинет, достал договор передачи прав, бегло просмотрел, хотя он и так прекрасно помнил, что там было написано.
Они с отцом девицы заключили сделку, в результате которой герцог стал опекуном Аэлины Деневеро. Согласно договору, он обязуется в течение месяца со дня заключения сделки или сам жениться на девушке, или передать это право другому соискателю.
И третий пункт, на который никто внимания не обращал, поскольку, никогда до него дело не доходило, все девицы покорно блеяли «да» и становились законными жёнами.
