У нас хоть и черная кухня — для слуг — но работы хватает, и готовим мы не хуже, чем на господской кухне! Да, бланманже с трюфелями у нас не бывает, но еда свежая, из хороших продуктов и очень вкусная! Обижать тебя никому не дам!
Аэлина еле поспевала за кухаркой, взахлеб рассказывающей, как и что на кухне у них принято. Навстречу то и дело попадались слуги и служанки, озабоченно спешившие по делам, и никому из них не было дело до Лины. Никто не спрашивал — кто она, не рассматривал её, не задавал вопросы Мерате.
В своем платье, позаимствованном из шкафа, Лина ничем от служанок не отличалась, разве что туфельки её были из дорогой кожи, но под подолом их было не видать. Девушка сделала себе зарубку — постараться раздобыть более подходящую для прислуги обувь.
Через несколько переходов они спустились на этаж ниже и еще через пару коридоров очутились на большой кухне, где вовсю кипела работа.
Что-то шкворчало и брызгалось маслом, что-то булькало, под потолком витал пар и вкусные запахи.
— Мерата, ты, где бродишь? — накинулась на вошедших пожилая женщина. — Вода вот-вот закипит, а крупа и вполовину не перебрана!
— Не шуми, Тания, я — кухарка, не подсобница, мое дело — готовить, а перебирать да чистить работа подсобниц. Вон, еще одну помощницу привела, она и переберет, а я пойду, хлеб проверю.
— Как хорошо! Иди сюда, милая, бери меру. Вон туда встань, там кусок стола свободный. Тебя как звать?
Лина беспомощно оглянулась на Мерату, но та уже скрылась за клубами пара.
Нет, крупу она видела, как перебирают, ничего сложного! Надо насыпать горку на стол и ножом отгребать понемногу, выбирая и выкидывая сор, камушки и плохие зёрна. И ссыпать чистое в другую посудину.
Девушка поискала, куда положить свои вещи — надолго выпускать из вида узелок не хотелось — это всё, что у неё есть!
— Что это — пожитки твои? Давай, запру в свой шкаф, после работы заберешь, а то здесь испачкают, — предложила Тания.
— Ты чего молчишь? Зовут тебя, как?
Лина показала на рот и развела руками.
— Ты — немая! — совсем, как и Мерата, ахнула женщина. — Бедняжка. Ну, давай, приступай к работе, переберешь и ко мне подходи, дам позавтракать.
Смотреть со стороны, как ловко орудуют ножом, отделяя мусор от крупы, было намного легче, чем проделывать это самой.
Спустя несколько минут от неудобного положения заныла шея, потом — спина, а крупа всё не заканчивалась.
