Можно было бы смело накинуть ещё с десяток резких ответов, но дело в том, что я не хочу всерьёз ссориться и делать больно родному человеку.
Махнув рукой на прощание, выхожу на ворота.
На улице жарко и душно. Дышать нечем.
Пробираюсь сквозь толпу людей. Ищу глазами Ратмира. Сразу же успокаиваюсь, когда замечаю знакомый высокий силуэт.
Сердце при этом сладко и быстро трепыхается.
Мир ставит стаканчик с какао в салон. Закрывает дверь автомобиля, выравнивается в полный рост. Когда вскидывает взгляд, то у меня захватывает дух.
Я даже притормаживаю на долю секунды, а потом — срываюсь и перехожу на бег.
С плеч слетает тяжеленный рюкзак. Наступает долгожданное облегчение.
Я утыкаюсь лицом в крепкую шею. Закрываю глаза, судорожно вдыхаю любимый запах. Чувствую поглаживания на пояснице и выше.
— Что случилось, Даш?
Ритмичные сердечные удары сбиваются на хаотичные. Вопрос не просто ради любопытства — Мир действительно волнуется.
— Увези меня отсюда.
Касаюсь губами левой половины груди. Пока сквозь ткань футболки, но ночью будет доступнее и наголо.
Я уже предвкушаю.
— Увезу, — обещает, вжимаясь ладонью в мой затылок. — И не верну.
В тоне ни намёка на шутку. Абсолютная серьёзность и непоколебимость. Я улыбаюсь шире. Льну активнее.
Разве можно променять чувства на деньги?
Ответ, как по мне, очевиден.
Глава 41
***
Когда тело немеет — я тут же меняю позу и, сняв кроссовки, ставлю ступни на кожаную обшивку сиденья.
Дорога проходит хорошо.
У Ратмира спокойная и уверенная манера вождения.
Без дурацких понтов. И это не может не нравиться.
Я бы ехала вот так — вечность. Не задавая определенного маршрута. Не намечая цели.
Просто…
Болтая, узнавая друг друга, делая короткие остановки на заправках, перекусывая вредными хот-догами, слушая музыку, иногда замолкая, часто переглядываясь и, конечно же, наслаждаясь неторопливыми и почти невинными касаниями, которые в эти мгновения воспринимаются слишком ярко и чувственно.
Я лезу в рюкзак и достаю оттуда упаковку желейных конфет в форме мишек.
Съедаю сама. Затем заботливо кормлю Мира.
В первый раз мне везёт, и я успеваю вытащить пальцы прежде, чем на фалангах сомкнуться зубы, а вот во второй — пугаюсь и громко вскрикиваю.
— Эй! Больше не получишь.
Делаю вид, что злюсь, но на самом деле нисколечко. Скорее, флиртую и выпрашиваю внимание.
— Я буду нежнее, — произносит Ратмир. — Обещаю.
Поймав на себе многозначительный взгляд, ощущаю, как резко бросает в жар.
Ёрзаю на сиденье, тушуюсь.
