Он скажет мне, что я монстр и что я должен…
Две руки касаются моих щёк — мягкие, нежные руки — и выводят меня на поверхность.
Сильвер.
Её золотистые волосы мокрые, прилипшие к вискам, и её безумные, яркие глаза ищут мои. Её ладони всё ещё обнимают мои щеки, когда её тело сливается с моим под водой. Только наши головы находятся на уровне поверхности.
Вода всё ещё кровавая, но она медленно возвращается к тому голубому цвету. Никакая рука не тянет меня в никуда.
– Что с тобой не так? Ты напугал меня до чёртиков, Коул.
– Она задыхается. – Ты в порядке?
Я обхватываю рукой её затылок и завладеваю губами. Я целую её в знак благодарности. Я поглощаю её как свою форму благодарности.
Сильвер вытащила меня из воды не только сейчас, но и десять лет назад.
Мой хаос.
Моё проклятие.
Глава 27
Сильвер
– Я ухожу!
Я сбегаю по ступенькам, жонглируя сумкой и контейнерами.
– Дорогая, – кричит мне вслед Хелен, неся мой термос. – Ты забыла заварить чай.
– О, точно. Спасибо, Хелен. Ты лучшая.
Я обнимаю её и звонко целую в щеку.
Я чувствую себя обманщицей всякий раз, когда я с Хелен или с мамой. Почему у меня не может быть обеих матерей?
Она машет мне, когда я выхожу из дома.
– Будь осторожна, дорогая.
– А ты иди и пиши. – Я провожу её внутрь. – Сжатые сроки, Хелен. Сжатые сроки.
Она улыбается, радость искрится в её глазах.
– Я иду, иду. Ты хуже моего агента.
Я снова машу ей рукой, ухмыляясь, когда кладу свою сумку, термос и еду, которую я готовила всё утро — или, скорее, помогала Хелен готовить — на пассажирское сиденье своей машины.
Когда я собираюсь направиться к водительскому месту, папина машина медленно останавливается рядом с моей. Дерек выходит, чтобы открыть заднюю дверь, но папа опережает его.
Подбегая к нему, я обнимаю его за талию.
– Папочка, у тебя успешно прошло партийное собрание?
– Кроме того, что Синтия оспаривает каждый пункт, который я предложил? – Он гладит меня по волосам. – Конечно.
– Мне жаль.
– Это просто она, и она никогда не изменится. Я начинаю думать, что она обманывает нас, используя Лейбористскую партию.
– Ты же знаешь, что она никогда бы этого не сделала. Твои принципы текут в её жилах.
– Только когда я их не озвучиваю. – Он наблюдает за мной. – Ты собираешься к ней?
Я медленно киваю.
– Я провожу выходные."
"– Тебе обязательно это делать? Ты всегда можешь остаться. Теперь, когда ты стала взрослой, нет законов об опеке, которым мы должны подчиняться.
– В конце концов она просто придёт сюда.
– Позволь ей.
