– Я так не думаю. – Говорит Коул, когда красивая стюардесса ведёт нас к нашим местам.
– Почему нет? Что не так с моей мамой? – огрызаюсь я.
Он улыбается.
– Полегче, Тигрица. Я не думаю, что у них такие отношения.
– Почему ты так думаешь?
– Они кажутся только близкими друзьями.
Я сжимаю губы, отказываясь признать, что у меня тоже была такая мысль. Капитан приветствует нас, сообщает, что полет продлится около двух часов, и желает нам комфортного путешествия.
Вскоре мы летим в воздухе, и я фотографирую облака, а затем делаю селфи.
Пока Коул спит, вероятно, измученный тренировкой, я наклоняюсь к нему поближе и, как полная дура, делаю ещё одно селфи.
Когда стюардесса предлагает мне поесть, я беру модную пасту. Вскоре после того, как я закончила, я пожалела, что съела его. Тошнота накатывает на меня из ниоткуда, и я бегу в ванную и опорожняю желудок.
Меня так давно не рвало. Она липкая, и у меня такое ощущение, будто в живот вонзаются крошечные иголки.
Сильные руки убирают мои волосы в сторону, и Коул нежно гладит меня по спине.
– Эй, ты в порядке?
– Я не в порядке.
Слёзы застилают мне глаза, когда я смотрю на него.
– Что не так? Ты съела что-нибудь плохое?
– Нет.
– Тогда в чем дело, Сильвер? И даже не думай лгать мне.
Я устала лгать, прятаться, смотреть, как дни проходят, как бомба замедленного действия. Я хочу, чтобы кто-нибудь разделил это со мной. И не просто кто-нибудь, а он.
Коул."
"Стоя на шатких ногах, я прополаскиваю рот и возвращаюсь на сиденье. Коул следует за мной, нахмурив брови.
Я уронила голову на руки, тяжело дыша. Сиденье скрипит, когда Коул садится рядом со мной и на дюйм приближается.
– Сильвер, что это?
Ладно, вот и все. Момент истины.
Встречаясь с его тёмно-зелёными глазами, я бормочу.
– Я беременна.
Глава 36
Сильвер
Коул смотрит на меня с тем нервирующим молчанием, которое почти разрывает меня на части.
На его лице ничего не меняется.
Абсолютно ничего. Как будто он в оцепенении.
Из всех случаев, когда он мог быть пустым, это худшее. Почему он должен быть таким непроницаемым?
Я знаю его целую вечность, поэтому обычно мне удаётся проникнуть за эту маску и увидеть, что он скрывает.
Но не сейчас.
Подглядывая за ним сквозь ресницы, я наблюдаю, затаив дыхание, ожидая его реакции.
Он ничего не говорит.
Даже ни слова.
Может быть, он ненавидит меня. Может быть, ему противно, что я разрушаю его будущее этой новостью.
Стюардесса снова подходит к нам, её присутствие прерывает наш несуществующий разговор.
