— Больше? — оторопело переспросил Янус. — Они что, город сломали?
— Пф-ф-ф, — Самеди водрузил цилиндр на голову. — Город. Они сломали целый мир!
Поднявшись с пола, он похлопал по своей толстовке и штанам, отчего они на глазах сначала превратились в густое дымное облако, а потом стали безукоризненно выглаженным черным костюмом. И костяным пальцем ткнул в небо.
— Вы во-он туда посмотрите, — сказал он.
Янус поднял взгляд вверх, сощурился от все еще яркого солнца — и я в первый раз увидел, как у магистра отвисает челюсть.
— Что… что там за хероблудина болтается?.. — проговорил он внезапно осипшим голосом.
Тут подала голос Деметра.
— Правда не узнаешь, или прикидываешься? — холодно поинтересовалась она.
Самеди с галантностью истинного кавалера поспешил подать ей руку, чтобы помочь подняться.
Несколько секунд Янус в упор смотрел на Демку. Потом опять перевел взгляд на смерч в небесах. И проговорил:
— Но этого же не может быть. Это же… Даня, мать твою, вы что здесь натворили?!
Я невинно похлопал глазами.
— А… что там такое?
Деметра усмехнулась.
— Чаша, Даня. Та самая, о которой ты столько слышал.
Тут уже вылупился я.
— Да ладно???
— А вы думали, я преувеличивал, когда говорил, что с неба сыпались архангелы? — покосился на меня Самеди.
Легкое позвякивание колокольчиков заставило нас всех оглянуться."
"К нам по пологому краю неспешно спускались три жреца в птичьих одеяниях.
— Твою мать! — вскрикнул кто-то из Зоринских мужиков и схватился за оружие. Следом за ним, все еще продолжая блевать, за стволы похватались и все остальные.
— Стой, стрелять будем! — рявкнул сам магистр русского отделения мирового правительства, повернувшись к птицам своим позеленевшим лицом.
— Бесполезно, — негромким голосом без выражения проговорил жрец, шедший впереди.
— Огонь! — выкрикнул кто-то из бойцов, внезапно взяв командование на себя.
И…
Ничего не произошло.
Мужики задергались, принялись осматривать оружие.
— Сказано ведь — бесполезно, — так же монотонно повторил жрец, останавливаясь.
Двое других тоже встали рядом с ним, сохраняя молчание.
— Но почему? — с любопытством спросил я.
— Заклятие невозможности, — отозвался жрец. — Было наложено Советом после того, как первый пророк, вернувшийся с той стороны, прихватил с собой ружье.
— Даня, а это вообще кто? — вполголоса спросил меня Янус.
— Агенты Оракула по связям с общественностью, — пояснил я.
Жрец протянул в мою сторону когтистую лапу.
— Ты. Идешь с нами.
Я вздохнул.
