— Я тебя благословляю!
Приподнявшись на цыпочки, она по-хозяйски притянула меня к себе за шею и поцеловала в лоб.
— Опять она за свое, — проворчал Янус. — Отстань уже от парня со своим благословениями!
— В этот раз все будет лучше! — подмигнула мне Фортуна.
Когда она отошла в сторону, из-за ее спины показалось суровое лицо Демки.
— Ну, это… Пошли? — улыбнулся я как можно ласковей и беззаботней. — А то ведь ехать надо…
Город мы покидали в спешке. Груженые секретными бумагами, деньгами и вооруженные до зубов по высшему разряду, мы отправились прямо через лес, чтобы успеть до темна добраться до местечка под названием Холмогоры, где нас ждали свежие лошади.
Альба явно опасался того, что Сотот пожелает нас вернуть, и приказал мчать всю ночь и весь день, меняя направление и избегая крупных городов.
Вместе со мной в итоге поехали Рыжий, Демка, Эрик и Лёха, которого я опять прицепил на пояс. Нику я всеми силами пытался оставить дома, но она так отчаянно сопротивлялась, что в конечном итоге я сломался и уступил.
Наши кони гулко стучали копытами по тропе, а мы, прильнув к их шеям и придерживая шляпы, ловко уворачивались от длинных веток и лишь время от времени переговаривались друг с другом, сосредоточенные на дороге.
А потом до моего слуха донесся приглушенный стон на фоне мелодичного, баюкающего женского голоса.
Я ослабил хватку и чуть натянул поводья, заставляя коня замедлиться.
— Слышите?..
Все остальные тоже притормозили и прислушались.
— Это там, — уверенно сказала Ника, указав направление прямо через заросли малины и бузины.
— А надо? — спросил Рыжий. — Вообще-то у нас дело срочное.
— Пять минут погоды не сделают, а у меня того! Благословение Фортуны. Вдруг сейчас мимо проеду и свою удачу упущу? — сказал я. Но, памятуя все варианты проявлений этого самого благословения, на всякий случай перекрестился и поломился прямо через кусты, пока не оказался на небольшой зеленой проплешине между двумя раскидистыми старыми дубами.
От кряжистых стволов тянулись два каната крепчайшей паутины, соединяясь над центром поляны в большое веретено. А гигантская Арахна, мурлыкая обещания, что скоро уже больно не будет, тщательно обматывала липкой нитью свою жертву, от которой оставались видимыми только плечи и нижняя часть лица с белым флагом кляпа, торчащего изо рта.
— Скоро все будет хорошо, — радостно уверяла паучиха свой будущий ужин. — Ты, главное не сопротивляйся.
