Дуня хотела сказать, что она всегда бдит и ушки держит на макушке, но интереснее было узнать о монастырском возке. Уж не за ней ли приехали?
— За тобой, доченька, — грустно подтвердил отец. — Мать собирает тебя в дорогу.
Сердце трусливо ёкнуло и затрепетало.
— А обратно? Вернусь ли я?
— Осенью я или дед в любом случае за тобой приедем. Коли захочешь остаться там, то лично скажешь об этом.
— Не захочу! Нет и нет, — торопливо предупредила Дуня. — Если будут говорить, что хочу, знайте, что врут! Они такие!
— Неволить не будут, — оборвал начинающиеся причитания отец.
— Не забывай, там твои двоюродные бабки живут. В обиду не дадут. Они понимают, что тебе вырасти надо, замуж сходить, деток нарожать и наш род сделать сильнее.
— Коли так… — нехотя смирилась Дуня, хотя в любом случае поздно было трепыхаться, всё уж давно было обговорено.
— Знаешь же, что нельзя было иначе.
— Да, знаю. Но тревожно мне… и Якимка опасность чует.
— Чует, говоришь? Он же дурачок!
— Вот то-то и оно, а лаз долбит, как камнегрыз какой-то, и торопится, день с ночью путает.
Вячеслав надолго задумался, а Дуня стояла рядом.
— Тогда тебе за монастырскими стенами будет безопасней. Я бы и Машеньку туда отправил, но за неё надо припас давать, а у нас сейчас не с чего. Мало не дашь — урон чести, а по достоинству неоткуда взять.
Не успела Дуня тяжело вздохнуть, как во дворе поднялась суета и дворня организовала муравьиные дорожки, грузя припасы, подарки, Дунину одёжку.
— Да как же, — пролепетала девочка, — прямо сейчас ехать?
— Монашка боится задерживаться, говорит со дня на день дожди пойдут и тогда вы застрянете в дороге. А так, сегодня выедете — завтра-послезавтра будете на месте.
Дуня готова была разрыдаться, но вышла монашка и поклонившись отцу, светло улыбнулась ей:
— Не печалься дитя, твоим родным горше тебя приходится. Они будут скучать, а у тебя большое славное дело впереди! Мы все ждём увидеть ту красоту, что ты создашь в трапезной.
— Я? Ждёте? — Дуня смутилась и повернулась к отцу.
Он подхватил её на руки, крепко прижал к себе, поцеловал в щёчку и подставил свою. А дальше Дуня поняла, что у неё прорва всяких разных указаний для сестры, брата, Фёдора, Аксиньи, Митьки…
— Как же вы без меня! — в ужасе воскликнула Дуня, прижимая ладони к щекам.
Но в ответ одни разрыдались, а другие постарались поскорее запихнуть её в возок, напоминая об оказанной чести.
