Разве бывает так стремительно? Раз… и все! Еще минуту назад я ничего не чувствовала, а теперь… Я его люблю. Высокого, худощавого парня по имени Марк. Он только зашел к нам в дом, повесил на крючок куртку, улыбнулся моим родителям, а мое сердце распустилось, как цветок… Или новое чувство в нем. Я позвонила Аньке, но она меня высмеяла. Дурочка».
Дыхание перехватывает… Откладываю тетрадь, чтобы перевести дух, и возвращаюсь к чтению.
«Он такой красивый… Я мечтаю о таком муже, как он. Я решилась выйти из комнаты и войти к мальчишкам в кинозал – Пашка упросил папу обустроить под него мансарду.
Предложила чай или бутерброды. Все охотно приняли мое предложение, а Марк на меня даже не взглянул. Вернее, не так… Он мазнул по мне взглядом и тотчас отвернулся. Так смотрят на лавочку или стоящее в углу ведро. Или дерево, овощ, собачку… Хотя нет – на собачку смотрят с большим интересом».
Господи, она меня уже тогда любила… Только за что? Я ее совсем не помню. Совершенно. Танька права – я смотрел на нее, как на ведро или лавку.
Не замечал, не видел… Оттого и не узнал, когда она явилась в мой дом под видом проститутки. Она меня хотела, вот и все… Пришла любить, отдавать самое ценное, что имела… Не продаваться пришла, а ухватить от меня хоть что-то. Обманом, уловками, хитростью проникла в мою постель. Наверное, потому я так болел по Мари… Искал ее, вспоминая искренние поцелуи. Так целуют, когда любят.
Совершенно сокрушенный, я закрываю лицо ладонями, пытаясь переварить прочитанное.
Глава 21.
Глава 21.
Марк.
Сплю я плохо… Что со мной творится словами не передать. Полный пиздец, не иначе… В груди нестерпимо колет, а душу удавкой сжимает стыд. Зачем я полез в ее личное? Оно было в прошлом, а теперь Танька другая. Она избавилась от дурацкой скорлупы скромности. Побывала в Стэнфорде… В чужих мужских руках… Целовалась, отдавалась кому-то, думая об этом человеке, как о принце. Наверняка, ей стыдно вспоминать о своих чувствах… А я, долбанный идиот, возомнил о себе что-то! Она другая, другая… Не та девочка, что писала эти строчки.
Странно, что Танька восхищается Лорой Брикман – пишет она не хуже. Так же проникновенно, горячо, страстно… Да, да… Она и про нашу встречу написала. Все в мельчайших подробностях. Как я подошел к ней в висящем на бедрах полотенце. Как оно натягивалось от моего возбуждения. Что говорил, как трогал… Сколько раз у нас было… Господи, я себя извращенцем чувствовал, когда читал ее откровения.
