Ботаники не сдаются

Только вот как-то странно она бежит — на ровных ногах. Господи, эти ботаники точно не от мира сего! У них что, отсутствуют суставы? Впереди же лестница, убьется еще, слепошарик!

Я прыгнул и поймал Уфимцеву за косу. Схватив за талию, прижал к себе.

— Ага! Попалась, очкастик! Сказал же, что от меня не уйдешь!

И получил локтем в бок.

— Ай! Пусти, дурак! Больно же!

— 12 —

Коса оказалась густой и длинной, не то что девчонка в моих руках — невысокая и тощая. Я был так зол, что пообещал:

— Еще чего! И не подумаю!

Она воинственно задергалась, но вдруг обмякла и запросто сказала:

— Ну и ладно.

Чего?

Я живо стряхнул ее с рук, но не отпустил, развернув за рюкзак к стене.

— Дурак? — спросил сквозь зубы, глядя в худенькое лицо с точеными скулами. — Как, уже не герой для местной газеты? Отлично, Уфимцева! Вижу, что до тебя дошло! — И сразу же перешел к делу: — Это что еще за ерунду вы с Софией выдумали с экспериментом? Какая к черту программа для отстающих? Я тебе что, подопытный кролик?

Она не струсила, как я надеялся.

— И ничего мы не выдумали, очень даже хорошая программа. А ты еще скажи, что не отстающий?

— Да я нормальный! — возмутился. — Такой, как все! Без тебя со своими делами разберусь! Нарисовалась тут, — я сердито оглядел девчонку, — пятый класс штаны на лямках! Дорасти сначала до эксперимента, а потом практикуй, поняла? Не могла кого-нибудь другого в фонтан свалить, благодетельница?

Ну и наряд.

Зубрилка вдруг тоже сердито насупилась. Поправив очки, вскинула подбородок.

— Да? А почему же до сих пор не разобрался? Если бы ты был, как все, то не сидел бы сейчас с двумя хвостами по простейшим предметам и угрозой вылета! Как будто и сам простейшее! И чтоб ты знал, некоторым, — она, сморщив нос, оглядела меня косо с ног до головы, — всей жизни не хватит, чтобы до меня дорасти.

— Но ты, очкастик! Выбирай выражение!

— А они у меня всегда заканчиваются, когда я вижу перед собой такую самовлюбленную квазиморду!

— Квази… Чего?!

— Ой!

Глаза за очками внезапно оторопело раскрылись, и девчонка часто-часто захлопала ресницами. Отступила опасливо на шажок назад.

— Э-э… Т-то есть я не это хотела сказать! — снова странно улыбнулась, как напустивший в штаны Щелкунчик.