Будешь моей, детка

— Смотри, ее снова Соболевский привёз, — говорит кто-то удивлённо за моей спиной. Голос мне незнаком.

— Дохера интересно, что ж эта скромница такого умеет. Прям так и тянет самому проверить, — ржет другой голос. — Эй, малышка, что вечером делаешь?

Я резко оборачиваюсь и вижу, что это парни с курса Ника и Тимура. Больше всего на свете хочется промолчать, сделав вид, что я ничего не слышала. Но если я не отвечу, они так и продолжат тренировать на мне свое убогое чувство юмора.

— Моя программа на вечер связана исключительно с Тимуром, — отвечаю я с вызовом.

— Но, думаю, ему будет любопытно узнать, что вы тоже интересовались этим вопросом. Обязательно ему передам.

Они меняются в лице. Похоже, перспектива разговора с Соболевским им не нравится.

— Да ладно тебе, — примирительно говорит тот, кто называл меня скромницей, — мы ж чисто пошутили.

— А я — нет, — отрезаю я, отворачиваюсь и иду на занятия.

Кажется, я недооценивала свой статус «невидимки», который у меня был до появления в моей жизни Тимура.

Да, надо мной, может, раньше и посмеивались, но редко и вскользь, потому что я никого не интересовала. В основном меня никто не замечал. А теперь по мне проходятся все, кому не лень. Далеко не всё говорят в лицо, больше я слышу у себя за спиной, но от этого не легче. Не замечать все эти шутки и грубые намеки невозможно. Отвечать на каждый — не хватит никаких сил.

Следующего дня я жду с нетерпением и надеюсь, что с появлением в универе Тимура моя жизнь станет легче.

С одной стороны, так и выходит: при нем мне никто и слова не говорит. Но с другой стороны... все поведение Тимура буквально кричит о том, что у нас именно такие отношения, как все и думают. Соболевский нагло целует меня на парковке, по-хозяйски прихватывает за талию, когда мы идём по коридору, а в довершение всего вытаскивает меня под каким-то надуманным предлогом прямо посреди лекции. И от этих многозначительных ухмылок моей группы мне становится тошно.

— Ты что творишь? — шиплю я на него в коридоре, отбрыкиваясь от жадных горячих рук.

— Детка, ты чего злая такая? — удивляется он, прижимая меня к стене и зацеловывая. — На паре скучно пиздец, да и как я могу слушать все это, когда ты тут рядом. Хочу тебя. Ну… не вредничай.

— Я на лекции была вообще-то! — злюсь я. — И там важную тему объясняли!

— Важнее, чем это? — ухмыляется Тимур, ловя мою ладошку и прижимая ее к своей натянувшейся ширинке.