Когда только он его успел рассмотреть, понять не могу?
Может быть, уже пришла пора перебираться из этого съемного дома? Лешка давно уже говорит, что пора бы нам своим собственным обзавестись. Было бы неплохо поселиться в районе рядом с Нарышкиными. Он выглядит гораздо привлекательнее с точки зрения безопасности.
Просто так туда не попадешь, сначала нужно будет пересечь шлагбаум, через который каждый желающий проехать не сможет. Для этого нужно быть жителем этого района или о твоем приезде хозяевам следовало предупредить охрану заранее.
Такие новшества там ввели всего год назад, благодаря хлопотам Жемчужникова. В тот момент я посчитал это лишней блажью, которая взбрела жителям самого респектабельного райончика в Белозерске, однако сейчас я так не думал. Когда время от времени видишь всякие непонятные силуэты, начинаешь рассуждать немного иначе.
С этими мыслями я намазывал себе на тост клубничный джем и время от времени поглядывал на Шуйского, который смотрел на меня так, будто его только-что, по моей вине лишили всех титулов и пригрозили сослать в Сибирь, если он будет возмущаться.
Судя по мрачным рожам его остальных друзей, меня явно в чем-то подозревали. Наверное, в Мишкиных прозрениях, которые время от времени его одолевали.
Лизуновы о чем-то оживленно перешептывались между собой, искоса поглядывая по сторонам. Переживают, как бы кто-нибудь не услышал про их тайну. Еще бы! Вдруг кому-нибудь удастся вызвать волшебного гномика раньше их! Кстати говоря, у них осталось еще две попытки.
В пятницу я намеревался покончить с этим делом, а пока пусть себе повеселятся.
Когда Лешка узнал про гномика по имени Гибралтар, которого братья усиленно хотели видеть, он ржал так, что половина столовой на него смотрела как на умалишенного. Я даже пожалел, что решил рассказать ему об этом за завтраком. Уверен, что теперь весь «Китеж» будет гадать, что это такого мы с ним задумали? Ясно ведь, что этот смех неспроста…
— Кстати, тебе привет от Собакина, — сказал Нарышкин, после того как мы с ним нахохотались вволю и почти закончили с завтраком.
— Сегодня в половине десятого сбор, первый в этом году.
— Проснулся наконец-то, — сказал я и отхлебнул горячего кофе, который после тяжелой ночи бодрил гораздо лучше, чем какао. — Кто еще будет?
— Понятия не имею, — пожал плечами княжич. — Попросил нас прийти, а об остальных не докладывал. Мы с утра перед завтраком парой слов перекинулись.
