Несколько смущало только одно — почему Данко не посчитал нужным мне сказать об этом? Это наводит на некоторые неприятные размышления, а еще… Еще именно поэтому я бы очень хотел послушать историю, которую мне мог бы рассказать этот некромант.
Вот о чем я думал, когда его пылающая зеленым пламенем голова висела перед моим лицом, и мы смотрели друг на друга. О чем в этот момент размышлял он я не знаю.
— Что молчишь? Тебе нечего мне сказать? — ехидно спросил он и поддал синих огоньков.
— Если ты и правда думаешь, что я ничего не смогу тебе сделать, то ты сильно ошибаешься, Градовский… — пригрозил я ему для профилактики.
— Так что следи за своим языком, Петр Карлович, а то как бы не пришлось пожалеть…
— Да неужели? Ты никак грозишься, паладин-некромант?"
"— Правильно понимаешь. Но если ты расскажешь мне, что там у вас случилось, может быть, я придумаю как сделать так, чтобы все остались при своих, — сказал я ему. — Наверное, интересная история.
— Черта лысого тебе, а не историю, понял⁈ — впервые за все время языки пламени стали черными, а мой Барьер отразил последнюю попытку некроманта нанести мне ментальный удар.
В тот же миг я выставил перед собой энергетический меч и направил его на череп.
— Ну давай, попробуй, щенок… — недовольно прошипел он. — Ты маленький кусок дерьма… Ничего не сможешь сделать со мной…
Честно говоря, этот издевательский тон меня достал. Я парень, конечно, терпеливый, но не железный, поэтому попытался проверить правдивость слов некроманта о его неуязвимости своим Лучом Смерти.
Благо Люфик позаботился о его прокачке, да и я мог подкачать его дополнительной магической энергией.
Каково же было мое удивление, когда я увидел, что этот сукин сын Градовский оказался прав… Череп окутало яркое зеленое свечение, точно такого же цвета, как и пламя, которым он постоянно горел и… Все на этом. Больше ничего с ним не случилось.
— Ну как, получилось? — спросил он и его тон в этот момент стал еще более издевательским. Что же, имел полное право, гад такой.
— Пока нет, но я обязательно что-нибудь придумаю, вот увидишь, — пообещал я ему.
— Я пацан упертый.
— Ага, давай придумывай, — расхохотался Петр Карлович и поплыл к своей гробнице, причитая по пути: — Такое тело мне испортил, паршивец малолетний… Где ты взялся на мою голову… Херцег прислал, говорит, сучонок…
Мы с призраками смотрели ему вслед, а я усиленно шевелил мозговыми шестеренками. Часики тикают. Время действия эликсира не бесконечно, а примерно половину времени я уже потратил.
