— Одного не знаю, другого не вижу, третьего не помню, — вновь прочитала Лазарева, только теперь с выражением.
Помолчали. Подумали. Судя по тишине в комнате, вариантов было немного. Точнее говоря — ни одного.
— Мне кажется, методом перебора дело пойдет быстрее, — вздохнул княжич и посмотрел на плиту. — Правда я даже представить не могу, сколько это может занять у нас времени. Сутки? Двое?
— Нет, Леша, этот вариант отпадает сразу, — покачала головой Полина и нахмурилась. — С чего ты взял, что это все не уничтожится после первой же неудачной попытки? Я думаю, если Золотарев предполагал, что кто-то придет сюда за ключом, значит этот кто-то наверняка должен был знать ответ на эту загадку.
Сейчас одним неверным шагом мы можем запросто все испортить.
— Если так, то можно по-другому, — не сдавался Нарышкин. — Для начала нужно все-таки попробовать найти ответ в сети. Поэтому предлагаю сделать вот что: выходим отсюда, возвращаемся до середины пути, ищем и потом снова приходим сюда.
Как вам такое решение? Лучше, чем просто сидеть и смотреть на плиту!
— Леха, не суетись. Может быть, Полина сейчас что-то вспомнит, — сказал я и с надеждой посмотрел на девушку. — Ничего не приходит в голову?
— Нет. Ничего такого, — пожала плечами Полина. — Хотя в теории я могла бы увидеть что-то подобное в каких-нибудь родовых архивах или еще где-то… Но вроде бы нет, ничего такого не было.
— Ты уже сто лет занимаешься этим Атрибутом Распада и что-то до сих пор ничего такого тебе не попадалось, — сказал я.
— Сто лет? Макс, по-твоему, я так хреново выгляжу? — усмехнулась она. — К тому же, до этого момента я просто могла не обратить внимание на что-то подобное. Я ведь искала ответ, где могут лежать ключи, а не разгадывала загадки.
— Что-то мне не очень хочется бросить все вот так, после того, что мы уже все сделали и добрались до самого главного… — недовольно сказал Нарышкин и начал осматриваться вокруг.
— Где-то должна быть отгадка!
— Максим… — услышал я за своей спиной голос Градовского. — Я знаю эту загадку…
У меня от неожиданности как-то сам по себе открылся рот. Лишь каким-то чудом я успел сдержаться, чтобы не спросить у Петра Карловича какого черта он до сих пор не сказал мне об этом? И почему я еще не знаю загадку?
— Макс, тебе что, плохо? — спросила Полина, заметив мою странную реакцию на слова призрака.
