Извини…
— Давайте, — разрешил я, понимая, что без этого никак не обойтись.
Спустя пару секунд я увидел демона, который был очень похож на того, который испортил мне вечер после бала. Похож… Но этот был чуть-чуть не такой.
— Афанасий Степанович, мне кажется, мой гость был с огромной головой и крылья у него были побольше, — сказал я, увидев демона. — И мой был без рогов.
— Да ну? — удивленно воскликнул Шмаков и почесал подбородок. — Тогда это немного меняет дело. Но не слишком сильно.
В этот момент в комнату вошел Платон и перед нами появились тарелки с блинами, а к ним варенье, мед и сгущенное молоко.
— Вы просили легкий завтрак, господа. Надеюсь, блинчики будут не слишком тяжелыми для вас? — спросил дворецкий, расставляя тарелки. — Я подумал, что в это морозное утро горячие блины будут в самый раз.
— Отлично! — сказал Голицын и потер ладони. — Я прямо о них и мечтал!
Надо же, а Платон, оказывается, умеет улыбаться. С довольным видом он спросил у нас, нужно ли что-то еще, и получив ответ, вышел из столовой.
Мы с Драконом с удовольствием лопали блины, которые оказались просто удивительно вкусными. Тоненькие, с сумасшедшим ароматом свежего сливочного масла… Объедение просто! Только ради одного этого завтрака стоило оказаться здесь в это утро. На какое-то время я даже забыл о мрачных предсказаниях Градовского и с удовольствием трескал блины.
Остановился я лишь после седьмого, и все это время Шмаков не сводил с меня тяжелого взгляда своих багровых глаз.
Жаль, что Градовский разбирается лишь в предсказаниях и ничего не смыслит в чтении чужих мыслей. Хотел бы я знать, о чем демонолог думал все это время.
Дождавшись, когда мы покончим с завтраком, Афанасий Степанович хрустнул пальцами и встал из-за стола.
— Пора начинать, — сказал он, затем внезапно наклонился в мою сторону и прищурился. — Сегодня будет немного опаснее, чем в прошлый раз, Темников. Чтобы не случилось, не вздумай переходить сквозь магический барьер, как бы сильно тебе этого не захотелось.
Кстати, снимать Темный Саван необязательно, в нашем случае это не потребуется. Я передам демону твой образ, так что видеть тебя ему не нужно.
Интересно… В прошлый раз, когда Голицын велел мне снять оберег, он сказал мне, что демонологу не стоит знать, что у меня есть такой артефакт, а сегодня Афанасий Степанович сам говорит мне об этом.
