— Сплюнь…— поерзал толстой задницей на бревне Шишак. — Ну это еще бабка надвое сказала. Доказать еще нужно, что я к этим цацкам какое-то отношение имею, а это дело непростое.
— Есть такой вопрос, — кивнул Мордухин. — Доказать сложно будет. Ну что тебе тогда сказать, Шишак? Живи и надейся, что не докопаются, больше ничего не остается.
— Само собой, как не надеяться? Но ты ведь не сдашь?
— Я — нет, а про других не знаю, — полицейский буцнул сухую ветку. — Когда следствие начнется, слухи поползти могут всякие…
— Мне кажется, что это дело рук какого-то конкретного гаденыша и вот его-то я хочу прищучить до того, как начнется вся эта возня.
— Все может быть. Вы же там как собаки бешеные глотки друг другу грызете за магические кристаллы, — усмехнулся Егор. — Развелось наемников как тараканов.
— Мы пользу приносим обществу, если ты не знал… Сам-то небось в Искажении ни разу не был?
— Ты как будто был, — усмехнулся полицейский.
— Да и не мое это дело по Искажениям лазить. Меня и на работе неплохо кормят.
— Не был, правду говоришь, — кивнул Шишак и махнул рукой. — И делать мне тоже там нечего. Никакого Дара у меня нет, а с мечом расхаживать… В общем, не мое это. Есть у меня кому такими делами заниматься.
— Это да, — кивнул Мордухин. — Что-что, а отряд у тебя хороший подобрался… Так что согласен — желающие с тобой разделаться всегда найдутся.
— Вот и помоги мне найти эту суку, которая под меня роет.
— Каким образом?
— Для начала узнай, как эти цацки к вам в полицию попали. С этого и начнем — они же не сами туда пришли, кто-то их принес.
— Ты думаешь тебе это чем-то поможет? — спросил полицейский и неожиданно для Шишакова рассмеялся.
— Чего регочешь, лейтенант?
— Так я тебе сразу скажу — девчонка к нам записку принесла, в которой было написано где это барахлишко зарыто. Поехали и забрали. Ну что, сильно помогло?
— Какая девчонка? — нахмурился Евгений.
— Маленькая совсем, лет шесть или семь. Мы еще с Морозовым с этого ржали, что скоро бандитов дети ловить будут.
— Очень смешно, прямо оборжаться можно, — вновь поерзал на бревне Шишак. — А записку ей кто дал, спрашивали?
— Ну ты полегче, Женя, — перестал смеяться Мордухин. — Все-таки с полицейским разговариваешь — не глупее тебя будем. Спрашивали, конечно. Сказала, что записку ей дал какой-то дядя.
