Дядя самых честных правил 4

У меня «сорвало стоп-кран», и я влил в орудие раза в два больше положенного.

Пылающий шторм сожрал остатки всадников. Последняя троица пруссаков развернулась и понеслась обратно к роще.

— Lichieres pautonnier!

Довернуть пушку и вдарить ещё! Всех! До последнего!

В чувство меня привёл чёрный песок, пролившийся в «песочные часы» водопадом, и Сидоров, появившийся рядом.

— Вашбродь! Успокойтесь, ушли они. Вы, ить, пушку-то оставьте, не офицерское дело тяжести таскать.

Я зажмурился, сбивая пылающую внутри ярость, и сделал глубокий вдох.

Спокойно, Костя, спокойно, ты отбился, молодец. А теперь отпусти Анубиса, оторвись от «близнят» и остынь.

Отдышавшись, я открыл глаза, выпрямился и посмотрел на поле. Нет, пожалуй, не буду разглядывать, что там осталось. Хватит с меня неприятных зрелищ на сегодня.

— Вашбродь! Вашбродь! — К нам подскочил фейерверкер первого орудия. — Ивана Герасимовича убило!

Я кинулся к батарее, где возле крайнего орудия лежал Иван Герасимович.

К счастью, солдат ошибся.

Корсаков был жив, но изрядно контужен и ранен в бедро осколком. Майор водил мутным взглядом вокруг, хрипел и делал слабые попытки подняться. Солдаты хотели уложить его на импровизированные носилки, но майор не позволял.

— Успокойтесь, Иван Герасимович, — я наклонился над ним, — не шевелитесь.

— Лежите, Иван Герасимович, у вас контузия и ранение. Сейчас я прикажу отнести вас в лазарет.

— Не могу, — он зашёлся в кашле, — бросить пушки. Без меня не справятся…

— Ваше состояние не позволит вам продолжить бой.

Я приму командование над батареей.

Взгляд у него прояснился, он схватил меня за плечо и громким шёпотом произнёс:

— Не посрами меня, Костя. Только не посрами!

Силы его оставили. Корсаков побледнел, закатил глаза и потерял сознание.

— Быстро! — я кивнул солдатам. — Несите его!

Переложив майора на носилки, они подняли их и почти бегом помчались в сторону полевого госпиталя.

— Батарея! — Я встал в полный рост. — Беглым! По готовности! По вражеским орудиям! Огонь!

Подзорная труба Корсакова валялась на траве, я поднял её и навёл на лес, откуда приехали гусары.

Так, здесь вроде никого больше нет. А что у нас с вражеской пехотой? Они выбили гренадеров и атакуют Тобольский полк, если я не ошибся и верно узнал штандарт.

— Возьми кого-нибудь в помощь и тащите «близнят» на левый фланг.

Через десять минут я уже наводил свою пушечку на вражескую пехоту. Далековато! Может, и добьёт, но особого урона пруссакам не нанесёт.