Дядя самых честных правил 4

Если он рыпнется и кинет заклятье, оно взорвётся прямо перед ним. Следом я подал руку Фридриху Вильгельму, помогая встать.

— Ваше высочество, вы действительно…

Он обернулся на дядю, наткнулся на его взгляд и кивнул:

— Да, это так. Или ваша matushka-tsarica откажет бедному сироте?

В его голосе, на самом донышке, блеснула издёвка с тонкой ехидцей. Ты смотри, каков хитрец! Это ведь не искренняя просьба о помощи, а просчитанная домашняя заготовка.

— В таком случае, — я любезно ему улыбнулся, — мне требуется ваше официальное обращение с подписью и печатью.

— Тогда вы защитите меня? От, — Фридрих Вильгельм бросил злой взгляд на дядю, — от бесчинства некоторых моих подданных?

— Да, ваше высочество.

Он резко развернулся и пошёл к письменному столу. Генрих только скрипел зубами, наблюдая за племянником.

Фридрих Вильгельм брезгливо смахнул мусор со стола, взял бумагу и быстро написал десяток строк. Поставил подпись, снял с пальца перстень и приложил печатку к листу, оставив на нём выжженный след.

— Возьмите, капитан.

Я пробежал взглядом, кивнул и спрятал бумагу.

— Ваше высочество, — обратился я уже к Генриху, — вы арестованы. Дайте слово дворянина и поклянитесь на своём Таланте, что не попытаетесь сбежать.

Он издевательски усмехнулся:

Наигранно улыбнувшись, я ответил:

— Вас немедленно расстреляют, и вы последуете за своим братом Фридрихом.

Жуть и ненависть в Берлине

Генрих Прусский буравил меня ненавидящим взглядом. А ружья егерей смотрели на Генриха, готовые выстрелить в любой момент.

— Даю слово принца, — Генрих выпятил грудь, — что не буду пытаться сбежать.

— Благодарю вас, — я поклонился ему и дал указание егерям: — Найдите помещение и разместите его высочество под охраной.

Гордо задрав подбородок, Генрих Прусский вышел из комнаты. Говорят, он одарённый полководец и толковый дипломат. Но всю жизнь ходил в тени собственного брата и не смог развернуться во всю ширь.

— Ваше высочество, — я коротко поклонился молодому Фридриху Вильгельму.

— Величество, — поправил он меня, оттопырив нижнюю губу.

Ты смотри, какая цаца! Пять минут назад он умолял о защите, а теперь, когда угроза миновала, он «величество».

— Простите, ваше высочество, — я улыбнулся с лёгким холодком, — но вы ещё не взошли на престол.