Дядя самых честных правил 5

Такие люди хороши или для крепкой дружбы, или для дуэли. Они не будут юлить, хитрить и убегать, а встретятся с противником лицом к лицу.

— Михаил Алексеевич, разговор может получиться долгим. Разрешите, мы присядем?

Он чуть скривил губы, но указал на стулья возле стола, накрытого простой льняной скатертью. Впрочем, другой мебели, кроме комода и буфета, в комнате не было. Не потянул отпрыск княжеского рода на диван в своей скромной обители.

— Выкладывайте, что за нелёгкая вас принесла, — он начинал уже кипятиться, раздражённый нашим присутствием.

Обстановку внезапно разрядил Киж. Я не заметил, откуда мертвец вытащил бутылку и три серебряных стаканчика, но через несколько мгновений он уже разлил тёмную, пахнущую торфом жидкость по рюмкам и пододвинул каждому.

Михаил пожал плечами, залпом выпил свою долю и силой припечатал стаканчик по столу.

Киж хмыкнул и разлил по второй. Михаил выпил, занюхал рукавом, за неимением закуски, и уставился на меня.

— Михаил Алексеевич, почти месяц назад на мою усадьбу напали опричники одного небольшого рода.

Не суть важно, какого именно. Погибли мои люди, за которых я отвечаю.

— И что? Я здесь при чём?

— Дослушайте, Михаил Алексеевич. Как оказалось, за нападением стоит ваш отец. Князь Алексей Голицын.

— Зачем вы это мне рассказываете?

— Я хочу, чтобы вы помогли мне устранить угрозу моей семье.

Мы встретились с ним взглядом и полминуты играли в гляделки, давя друг друга одной только волей. Глаза у князя были светло-голубыми, будто чистая родниковая вода.

Он призвал Талант, а я в ответ дёрнул Анубиса. Магические сущности тут же включились в борьбу, добавив во взгляды силу и соревнуясь, кто выше поднимет напряжение эфира.

По столу словно прошёлся порыв ветра, свалив один из стаканчиков. Давление нарастало, грозя перейти в прямое столкновение, и каждую секунду мы поднимали ставки, будто азартные игроки.

И снова вмешался Киж. Он привстал, потянулся через стол, заново разливая по рюмкам своё адское пойло, и на секунду разорвал наш контакт.

Этого хватило, чтобы мы прекратили бодаться.

Хекнув, Михаил выпил, поморщился и шумно втянул носом воздух.

— С чего вы решили, что я буду вам помогать? Пойду против собственного рода…

— Из которого вас хотят выгнать.

— Против собственного отца…

— С которым вы уже дрались, чуть не разрушив родовое гнездо.

— Вы и это знаете? Шпионите за моим родом?

— Хочу защитить свою семью, всего лишь.