Там сейчас идут какие-то переговоры с вашим Орлов-пашой, и орден не желает, чтобы возникли подозрения, что мы удерживаем тебя…
— Не надо слов, Джафар, я всё понимаю. Да и мне не терпится скорее оказаться на родине. Благодарю тебя, ты и так сделал для меня очень много. Надеюсь, мне представится шанс ответить тебе тем же.
— Ай, какие глупости! Прими от чистого сердца, и всё. В мире слишком мало людей, кому я могу сделать такие подарки только потому, что мне хочется.
Он ушёл вместе с Джурьеффом, и в доме нас осталось семеро.
Я, Таня, Киж, Диего, Васька, Мурзилка и безмолвный туарег, не проронивший за всё время ни одного слова.
— Его зовут Абеги, — рассказала мне Таня, — его убили в одной из стычек через полгода, как ты пропал. Но он поднялся ещё до заката, напугав всё племя, и заявил, что будет меня охранять. За эти годы он не раз спасал мне жизнь.
Я глянул на туарега магическим зрением и только покачал головой. Да уж, Хозяйка выполнила своё обещание своеобразным способом.
Мёртвые, конечно, лучшие телохранители, но третий поднятый в моём окружении — это уже перебор.
* * *"
"Не зря ещё в Злобино перед отъездом я щедро раздавал чёрный песок всем близким. Прошедшие годы практически не отразились на внешности Тани. Разве что путешествия по пустыне оставили свой след, сделав её фигуру чуть суше. А вот взгляд у неё разительно изменился, став увереннее, мудрее и пронзительнее.
Всю ночь мы с Таней не могли оторваться друг от друга. Страсть то накатывала на нас, заставляя наполнять ночь взволнованным дыханием и вздохами, то отступала, оставляя лежать обнявшись и говорить о том, что случилось с нами.
Я в красках расписал бой с Сетом и блуждания по лабиринту. А Таня рассказывала, как пересекла пустыню более пятидесяти раз, как научилась торговать и торговаться, как выучила арабский. Она видела страны, лежащие на южной границе пустыни, где не ступала нога европейцев. Туареги показали ей среди песков мёртвые города, построенные много тысяч лет назад, где нашлось немало интересного.
— Там было древнее святилище какого-то мелкого божка, и я обнаружила в нём кое-что интересное.
— И что?
— Не скажу! — дразнясь, она укусила меня за ухо.
— А если я попрошу?
— Смотря как попросишь.
— Например, вот так!
— Ах-ха-ха! Прекрати щекотаться! Нет, не надо, пожалуйста! Я всё скажу, только остановись! Там был алтарь, огромный камень с остатками Знаков на нём.
