Больше он ничего не просил передать?
— Сказал, что надеется привезти хорошие известия, чтобы скрасить вам дорогу.
Я только покачал головой. Как-то не замечал за Шешковским привычку доставлять приятные новости. Тем более что он ещё не знает о массовой акции против масонов. Но по большому счёту мне всё равно, какие «известия» привезёт начальник Тайной экспедиции. Здесь я закрыл все свои долги и мысленно был уже на Алеутщине. Если там всё сделать правильно, то любые окрики из Петербурга будут мне безразличны.
Без лишних приключений мы добрались до спрятанной в лесу «летающей этажерки».
Пока я готовил её к полёту, обновляя Знаки, Киж успел съездить в ближайший городок и продать экипаж, на котором мы приехали, вернув часть денег. Обратно он возвращался бегом и не заставил нас долго ждать.
— Я поведу.
Киж примерился занять место пилота, но я остановил его.
— А кто при посадке чуть не разбился?
— Константин Платонович, оно само! Вот честное слово, поклясться готов. Уже касание было, а она вот так сделала, — Киж, возмущённый до глубины души, ладонью показал, как именно «этажерка» дёрнулась из стороны в сторону.
— Вы же знаете, я на ковре сколько отлетал, всегда аккуратно садился.
— Ну-ка, взлети сейчас и осторожно садись. А мы со стороны посмотрим.
Мертвец кинулся в кабину. Поднял «этажерку» в воздух и начал медленно опускаться. И действительно, у самой земли она дала резкий крен на правую сторону, а затем дёрнулась в обратную сторону.
— Видели⁈ Вы, видели, Константин Платонович? Оно само!
— Видел, не ори так.
И правда, козлит. Сейчас будем смотреть, в чём дело.
Трижды я заставлял Кижа делать взлёт-посадку, прежде чем мы с Таней разглядели паразитный выброс эфира на правом крыле «этажерки». Ещё минут двадцать ушло, чтобы найти в ткани обшивки невидимый разрыв, испортивший рисунок Знака.
— А я говорил, Константин Платонович… — Киж ходил вокруг нас и бубнил, пока мы зашивали прореху и восстанавливали эфирные линии. — Вы же видели, как мне нравится летать. Я бы ни за что не стал подвергать вас опасности, особенно во время посадки.
"
"— Дмитрий Иванович, я понял уже. Молодец, возьми с полки пирожок. Хочешь, я тебя назначу командующим алеутскими военно-воздушными силами?
Киж замолчал и задумался, сдвинув брови.
— Нет, Константин Платонович, не хочу. Мне летать нравится, а не приказы подписывать. Вот если бы вы сделали боевую летающую машину, я бы на ней с удовольствием испанцев тиранил. А ещё лучше штук сто таких, чтобы воздушный эскадрон был.
