А на дне ямы, куда провалились «топалки», торчала голова твари, запечённая в собственном соку.
Аменокаль приказал туарегам расковырять один из холмиков и посмотреть, что стало с песчаной змеёй. Но едва они разрыли песок, как оттуда пошёл такой запах, что срочно пришлось закапывать обратно.
— Ты великий колдун, Акотей, — вождь поклонился мне. — Никто и никогда не мог убить Аль-Граб-Боиди, только ты справился с ужасом пустыни.
— Ничего сложного, — я махнул рукой, — это всего лишь животные. Не будем задерживаться, я хочу быстрее добраться до горы и разобраться с хозяином гулей.
Мы снова сели на верблюдов и двинулись к цели, до которой оставалось всего несколько часов. И откуда несло тёмной магией и страхом — некто ждал меня, готовился и ужасно боялся.
Глава 16
Туту
Мы приближались к Габаль-Эль-Увейнат, и я не мог не признать: место для могилы своей прародительницы туареги выбрали идеально. Посреди пустыни высилась не просто одинокая вершина. Габаль-Эль-Увейнат оказалась кольцом высоких скал, вёрст в двадцать пять в поперечнике, как я оценил на глаз.
Эдакие крепостные стены, за которыми и пряталось священное место.
На западном склоне величественной горы бил источник Айн Дуа, возле которого мы и сделали остановку. Вокруг небольшого водоёма, куда стекала вода, рос невысокий кустарник и стелилась выгоревшая трава. Отличное место, чтобы отдохнуть после пекла пустыни и подготовиться к разборкам с Павшим.
Я ощущал внутри кольца скал чужую силу, но её хозяин так и не рискнул напасть в открытую. Даже его гули бродили где-то далеко и не приближались к нашей стоянке.
Впрочем, на случай неожиданностей имелся Киж, который всю ночь просидел у костра, дав мне спокойно выспаться и восстановить часть потраченных резервов."
"Утром я отказался от завтрака, велел аменокалю ждать меня у источника и в сопровождении Кижа двинулся искать Павшего. Через широкий разрыв в скалах мы вошли в кольцо Габаль-Эль-Увейнат, словно в ворота крепости.
— Константин Платонович, что это?
Киж указал на скалу, всю покрытую странными рисунками.
Львы, жирафы, страусы, газели, фигурки людей и сцены охоты.
— Петроглифы, Дмитрий Иванович, наскальные рисунки древних людей.
Пока искали вход в гробницу, мы видели тысячи и тысячи таких рисунков. Думаю, это место было местом поклонения задолго до того, как туареги появились в этой пустыне. Киж частенько останавливался, чтобы их рассмотреть, качал головой и восхищённо цокал языком.
— Дмитрий Иванович, не отставай. Потом будешь любоваться.
