Дядя самых честных правил 11

Опричники жили в городе, а здесь располагалась дежурная смена, заступающая на сутки. Арсенал, тренировочная площадка во внутреннем дворике, архив, конюшня и прочее хозяйство. Ну и кабинет Камбова, где мы и закончили осмотр.

— Чаю, Константин Платонович? Или желаете отобедать?

— Нет, благодарю. Лучше найди-ка мне маленькую пуговицу.

— Пуговицу⁈

Камбов несколько раз моргнул.

— Да, именно её."

"Его так поразила моя просьба, что он молча оторвал пуговицу от своей рубашки и протянул мне. Судя по его взгляду, он не знал, что думать: то ли подозревать меня в сумасшествии, то ли ожидать чего-то невообразимого.

Я взял маленькую плоскую пуговку и жестом фокусника вытащил из воздуха needle wand. Под облегчённый вздох Камбова я принялся создавать крохотный артефакт. Ничего сверхсложного, всего лишь «эфирную пищалку», вроде той, что используется в телеграфе, только гораздо проще и не такую мощную.

— Карандаш есть?

Не говоря лишних слов, Камбов протянул мне требуемое. Деревянная «палочка» подошла для второй части магического артефакта идеально.

— Держи, — я отдал Камбову карандаш обратно.

— Эээ… А что с ним делать?

— Направь на неё, — я вытянул руку с пуговицей в сторону.

Камбов с опаской указал на неё карандашом.

— О! Жужжит!

— А теперь вот так.

Я принялся двигать пуговицу, а опричник тыкал в неё карандашом и радостно ухмылялся.

— Дальность у маячка две-три версты, но больше и не потребуется. Прислуга у испанца, полагаю, из твоих людей?

— Конечно.

— Вот и вели им пришить эту пуговичку испанцу. На пояс или шляпу, без которых он не выходит из дома.

— Понял, Константин Платонович. Сегодня же сделаю!

— Как узнаете, куда он ночами ходит, — сразу докладывай. А теперь, прости, Семён Иванович, но у меня куча других дел.

Провожая меня к дрожкам, Камбов не удержался:

— Константин Платонович, а можно ещё «пуговичек» сделать? В работе такие штуки очень бы пригодились.

— Разберётесь с испанцем — и будут вам маячки.

Я не беспокоился, что де Суньига обнаружит моё следящее устройство.

Дрожки выехали из «казарм», и возница спросил:

— Куда едем, Константин Платонович?

— Обратно на гасиенду. И можешь быть свободен до завтра, в город я сегодня уже не поеду.

* * *Перед особняком в тени огромного фикуса на траве валялся Мурзилка.