Дядя самых честных правил 11

Ничего!

Никто не ломился, задевая эфирные ниточки, не тревожил их заклятиями или Талантом. Невесомая паутина спокойно висела вокруг лагеря, едва колыхаясь на ветру. А почему тогда сработал «звонок»? Я что-то не так накрутил, когда его ставил?

Я полежал ещё минут пять, глядя в темноту, но так ничего подозрительного не почувствовал. Где-то далеко кричала ночная птица, потрескивал догорающий костёр, и убаюкивающе качалась на ветру эфирная паутинка «ловчей сети».

Так! Стоп!

Сон мгновенно слетел с меня, а рука сама схватилась за Нервного принца.

Эфирная сеть колышется от ветра⁈ Это что за ветер такой, а? Это кто такой интересный дует на неё силой? Да ещё и так хитро, усыпляя меня в прямом смысле этого слова?

Сердце забухало в ускоренном темпе, разгоняя кровь по жилам. Я сосредоточился на колебаниях сети, пытаясь отследить хитрого чужака. Раньше мне ни за что бы не удалось почуять вторжение, но сейчас я знал, куда смотреть и на что обращать внимание. И через пару минут я чётко увидел «горб» на паутине, где пряталось нечто.

Хитрая дрянь медленно приближалась к лагерю. Будто подкрадывающийся хищник: то останавливалась, прислушиваясь к обстановке, то перебегая между камнями и деревьями. Мне всё никак не удавалось рассмотреть магическую тварь, а усики «сети» не могли даже кончиками зацепиться за неё.

Когда твари оставалось двадцать шагов до края лагеря, я мысленно потянулся к Кижу. После потери Анубиса связь с мертвецом ослабла, но не исчезла полностью.

И мне хватило сил, чтобы толкнуть Кижа, привлекая его внимание, а затем бросить в него образ в виде часов с минутной стрелкой на одиннадцати.

Киж и виду не подал, что почувствовал мой знак. Он пошурудил веточкой в костре, сбивая пепел с углей, и покрутил головой, будто разминая шею. Но когда лицо мертвеца повернулось в мою сторону, он моргнул и еле заметно кивнул.

Теперь мы ждали гостя вдвоём, прислушиваясь к ночным шорохам. Караульные опричники хоть и не спали, но не чувствовали ничего необычного.

Но я и не рассчитывал на них — в битве с магическим гостем они всё равно бесполезны.

Через минуту я заметил, как ноздри Кижа начали раздуваться, а его губы недовольно скривились. Следом за ним и я почувствовал «запах» гостя. Гниль и свернувшаяся кровь, как и говорил Киж вчера. Где-то там, в темноте, к нам полз кожеходилец. И хуже всего оказалось то, что кроме «вони», я ощутил от него некромантические эманации.