Может, не надо меня… Ну, наряжать, и вообще. Давайте, вы меня так будете учить, а? Я и в своём сарафане всё понимаю. Ведь так? Не одежда же ум даёт? И комнату отдельную не надо, мне в людской хорошо было, даже веселее. И место за столом занимаю, вилкой тыкать не умею. А, Константин Платонович, так ведь? Только зряшные траты на меня…
— Сядь.
Вздохнув, Таня осторожно опустилась в кресло, сложила руки на коленях и снова потупилась.
— Сама придумала или подсказал кто?
— Сама, Константин Платонович. Я и не разговаривала ни с кем.
Только думаю всё время, как вы меня “барышней” сделали.
— И что, не нравится?
— Нравится, — она шмыгнула носом, — как такое может не нравиться?
— А зачем тогда отказываешься?
— Так ведь я говорила! Траты лишние на меня, комнату занимать буду, одёжу…
— Это не причины.
Я подошёл к ней, взял за подбородок и поднял голову, чтобы она посмотрела мне в глаза.
— А теперь рассказывай честно, как на духу.
Таня молчала почти минуту — было заметно, как ей тяжело найти нужные слова.
— Страшно, Константин Платонович.
— А на бал с Марьей Алексевной не страшно было?
— Ой, ну вы скажете тоже! На бал понарошку было. Будто на колядки козой нарядиться. Или этот, как его, курнавал столичный. Вот и меня Марья Алексевна нарядила, свозила и отпустила, — Таня сделала жалостливые глаза, как у котёнка. — А вы меня на всё время хотите.
— И тебе от этого страшно?
— Ага, — орка кивнула, — знаете, как из платья бального не хотелось обратно в сарафан рядиться? А здесь я день похожу, два, три, и всё, привыкну.
Приказывать научусь. По-хранцузски слова выучу. А случись чего, вышлете вы меня в деревню, так мне хоть удавиться будет. Не смогу я после такой жизни обратно возвернуться.
Не ошибся я в Таньке, умница она, какую поискать. Правильно всё обдумала, “оценила риски”, если можно так сказать. Одного не учла — никуда ей с этой дорожки не деться.
— Да, ты права: чем выше забираешься, тем больнее падать. Только и о другом подумай. Вот у нас по двору куры бегают, так?
Орка кивнула.
— А над ними в небе летает орёл. Кур много, а орёл один.
— Два. Они тут парой живут.
— Значит, два, неважно, — я улыбнулся, — всё равно их мало. Скажи, кем лучше быть птице: орлом или курицей?
— Орлом, — Таня ответила не задумываясь, — куру и в суп могут зарубить, и лисица с орлом утащить, ежели пригляда нет.
— Вот именно, Таня, вот именно.
Я встал напротив неё и наклонился, оказавшись с ней лицом к лицу.
— Сейчас у тебя есть шанс стать орлом.
