И я не уверен, что Талант даст княгине решительное преимущество против старой орки. Кто знает, каким фокусам обучил её дядя? А ведь ещё есть телохранители, и если они вмешаются… Я покосился на мордоворотов — орки медленно пятились, явно собираясь укрыться за каретой. Ладно, их можно сбросить со счетов, но всё равно, перспектива разнимать княгиню и ключницу меня не радовала. Интересно, если они устроят разборки, останется цела усадьба? Я, знаете ли, к ней привык уже, не хотелось бы заново отстраиваться.
Я не успел среагировать — Марья Алексевна быстрым шагом устремилась к ключнице.
Взлетела по ступенькам и оказалась с ней лицом к лицу.
— Настенька! — княгиня порывисто обняла орку. — Прости меня, дуру старую! Виноватая я перед тобой! Кругом виноватая!
— Марьюшка! — заголосила Настасья Филипповна. — И ты меня прости! Не хотела я!
Мы с Добрятниковым, не сговариваясь, отвернулись, чтобы не чувствовать себя подглядывающими за двумя плачущими женщинами. Впрочем, продолжалось это недолго, и уже через пару минут Настасья Филипповна увела княгиню в дом.
— Может, — я покосился на Добрятникова, — по рюмке рябиновки? Для аппетита.
— А знаете, не откажусь, Константин Платонович, — отец моей ученицы вздохнул с облегчением, — не откажусь. После такой сцены не грех и употребить.
В этом я был полностью с ним согласен, совершенно не грех.
Глава 30 — Гептадекаэдр
Обедать сели поздно. Настасья Филипповна и Марья Алексевна долго обсуждали что-то приватно, но в конце концов вышли в гостиную чуть ли не под ручку.
По всему выходило, что они простили друг другу прошлые обиды. Вот и чудненько, очень рад за них.
— Костя, ты бы знал, — княгиня сидела рядом со мной и больше говорила, чем ела, — как в Муроме без тебя скучно стало. Ты уехал, и опять сплошное болото, только лягушки по кочкам квакают.
— Это вы образно или имеете в виду кого-то конкретного?
Она рассмеялась.
— И то и другое. Скучно, тоска смертная, сплошные сплетни: кто на кого и как посмотрел да кому глазки строили. Только что пропавшую корову не обсуждают.
Нет, до твоих “канделябров” им как до Петербурга. Я как бумаги от тебя получила, махнула рукой на всё и поехала в гости.
— Мы всегда рады вас видеть, Марья Алексевна. Мой дом открыт для вас в любое время.
Княгиня улыбнулась и окинула взглядом сидящих за столом.
— Компанию ты приятную подобрал, Костя, всемерно одобряю, — она наклонилась ко мне, перешла на шёпот и подбородком указала на Таню. — Вижу, ты девочку свою приблизил.
