Дядя самых честных правил 5

Хлопнула дверь, и на крыльце появился мой камердинер Васька с саквояжем Ксении. Следом за ним из дома вышла и сама девочка, тоже с тяжёлым грузом. Только тащила она не вещи, а Мурзилку.

Кот расслабленно висел у Ксюшки на руках, лениво щурясь и довольно помахивая хвостом. Вытянувшись во всю длину, от кончика хвоста до ушей, Мурзилка был ростом с саму девочку, и оттого смотрелся ещё огромнее. И когда эта зараза расти перестанет? Эдак у меня по усадьбе скоро будет бегать натуральный тигр и пугать крестьян рыком.

— Ксения, — Пётр Петрович поднял бровь, — это что ещё за новости?

— Он хочет, — девочка пыхтела под тяжестью кота, — посмотреть мою старую комнату.

— Ксения, оставь животное и поехали.

— Не поеду без него, — она насупилась и топнула ножкой. — Я же сказала, что дала обещание Мурзилке!

Добрятников посмотрел на меня, часто моргая.

— Но у него же есть хозяин. Ты спросила разрешения?

— Пусть возьмёт, — я махнул рукой, зная упрямый характер Ксюшки и не желая слушать, как она препирается с родителем, — он не причинит вам хлопот.

— А, — Добрятников вздохнул, — ладно, не обеднеем одного кота накормить.

Появившись будто из ниоткуда, Киж подхватил девочку вместе с котом и посадил в дрожки. Добрятников залез на место возницы, помахал нам рукой и щёлкнул вожжами.

Я махнул им вслед и покосился на Кижа. После нашего с ним «разговора» он ходил бледнее обычного, с мрачной миной на лице. Наблюдать мертвеца в таком состоянии не доставляло мне большой радости.

— Что-то ты захандрил, Дмитрий Иванович.

Он пожал плечами и дёрнул подбородком.

— Может, тебе съездить развеяться?

Киж мгновенно оживился.

— С удовольствием, Константин Платонович.

— Тогда возьми у Лаврентия Палыча пять тысяч и отвези нашей «доброй» знакомой Еропкиной. А после можешь где-нибудь на постоялом дворе провести ночь за картами.

— Константин Платонович, — Киж расплылся в улыбке, — вы знаете, чем порадовать. Благодарю!

— Иди, развлекайся.

Киж щёлкнул каблуками, коротко поклонился и умчался в сторону флигеля нашего лепрекона.

* * *— Отрок, — Лукиан подкараулил меня в прихожей, — а не пора ли нам начать твоё обучение? Я думаю, самое ни на есть время. Где ты обычно практикуешься магии?

— Возле леса.

— Давай, отрок, прогуляемся туда. Надо мне посмотреть, как ты пользуешь свой Талант.

Ехать к месту моих тренировок на телеге Лукиан отказался.

— Движение — жизнь, — заявил он категорически, — своими ногами ходить нужно, отрок.