Дядя самых честных правил 5

Очень я не лю…

Княгиня шлёпнула его ладонью по лбу, здоровый глаз Боброва закрылся, и он захрапел на весь кабинет.

— Не люблю, когда под руку говорят, — усмехнулась Марья Алексевна, — Давай, Костя, ставим твои Символы.

— Знаки.

— Без разницы.

Пальцами княгиня открыла пустую глазницу, и туда устремился поток магии её Таланта. Я нарисовал в воздухе needle wand’ом связку Знаков, Марья Алексевна силой подхватила её и утянула на самое дно, чтобы срастить с нервами.

Несколько минут княгиня колдовала над Бобровым.

Запах, должен сказать, от её волшебства был крайне специфический: смесь лекарств, сладковато-горького миндаля и прижжённой крови.

— Ох, — княгиня попыталась выпрямиться и схватилась за поясницу, — помоги-ка, Костя.

Я подхватил её под локоть и помог сесть в кресло.

— Охохонюшки! Спасибо, Костенька. Всё, пусть спит пока Петя, чтобы лучше прижилось.

— Марья Алексевна, вы уж простите моё любопытство, но откуда у вас такие познания в медицине? Ничего подобного я никогда не видел, даже в Сорбонне слышать не доводилось.

Княгиня обожгла меня яростным взглядом, словно я зашёл на запретную территорию. Несколько секунд она полыхала невидимым огнём, но затем пламя опало и стало едва тлеющими углями. Марья Алексевна вздохнула, потянулась и похлопала меня по руке.

— Думаю, тебе-то можно рассказать. Коли ты некромант, то и такое знать должен. Слушай…

* * *Чернокнижник Петра, колдун из Сухаревской башни, маг-авалонец — как его только не называли. Полуэльф Джеймс Дэниэл Брюс, получивший в России имя Яков Виллимович.

Стоявший за троном Петра, ставший генералом-фельдцейхмейстером, командовавший всей русской артиллерией, учёный и дипломат, владелец мощнейшего Таланта. Но истинной его страстью были тайны медицины и поиск секрета бессмертия.

Именно Яков Брюс рассмотрел в молодой княгине Марье схожий Талант. Он негласно взял её в ученицы, обучил и сделал своей помощницей. Она-то и ассистировала Брюсу, когда он в Сухаревской башне провёл над собой первую операцию по улучшению организма.

Вторая операция не состоялась. Оказалось, что эфир, воздействуя на живые ткани, меняет их куда сильнее, чем маг представлял. Княгиня не вдавалась в подробности, но упомянула, что Яков Брюс потратил два года, чтобы вернуть себе «достойное обличье». Опыты были прерваны, но окончательную точку в них поставило рождение у колдуна дочерей. Девочки умерли в младенчестве, причём их не показали даже ближайшим родственникам.

Яков Брюс не был ангелом.