Дядя самых честных правил 5

Как всякий потомок авалонских эльфов, он без зазрения совести проявлял жёсткость, шёл к поставленной цели напролом и плевал на сопутствующие жертвы. Но после личной трагедии прекратил любые магические опыты над живыми организмами. Запретил практиковать такую магию княгине Марье и уничтожил все записи по теме, как опасные в самой своей сути. А в Европейские масонские ложи были отправлены письма с предупреждениями. На магической медицине был поставлен жирный крест.

* * *— Да уж. Так вот почему спрятали архив Иоганна Алхимика.

— Ты откуда про него знаешь? — Княгиня схватила меня за руку.

— Слышал, Марья Алексевна. И уж точно не собираюсь искать его или читать. Спасибо, что предупредили, никогда бы не подумал, что могут быть такие последствия.

— Вот-вот, даже не думай в эту сторону смотреть.

— А ему, — я кивнул на Боброва, — ничего не будет? Может, не стоило ради глаза рисковать?

— Слишком слабое воздействие, — отмахнулась княгиня, — от такого даже прыщ не вскочит. Кстати, пора нашего Петеньку будить.

* * *Марья Алексевна оставила нас с Бобровым наедине.

— Не чеши глаз, — хлопнул я ладонью по столу, — вообще до лица не дотрагивайся.

Пётр скривился, но указание выполнил.

— Как будто огнём прижгли, — пожаловался он.

— Болит?

— Не болит, но…

— Вот и посиди тихо, не отвлекай меня.

Пока я накладывал на хрустальные шарики Знаки, Бобров активно скучал. Ёрзал, крутился, морщился, корчил скорбные рожи и горестно вздыхал. Под конец он задремал, уронив голову на грудь и посапывая носом.

"В процессе работы я запорол штук семь шариков. Одни оказались с внутренним дефектом и лопнули прямо у меня в руках, на других отслаивались эфирные нити, третьи я испортил сам, неверно наложив Знаки. Но в конце концов всё получилось, как и задумывалось.

— Пётр.

— Ммм…

— Бобров!

— А? Хде? Хто?

— Так, спящий красавец, иди умойся и бегом обратно.

Минут через десять он вернулся и сел напротив, посвежевший и бодрый.

— Соберись. Ты должен сосредоточиться и говорить мне всё, что видишь.

Я протянул ему хрустальный глаз — с радужкой и зрачком, практически как настоящий. Бобров покрутил его в пальцах, разглядывая со всех сторон. Тяжело вздохнул, будто я заставлял его совершать подвиг, и вставил магический протез в глазницу.

— Эм…

Бобров часто заморгал. Потом зажмурил здоровый глаз, уставившись на меня искусственным.

— А так и должно быть?

— Что именно? Ты говори, я же не знаю, что ты видишь. На себе попробовать не мог, уж извини.