Онлайн-библиотека книг
Похоже, «Дядя самых честных правил 5» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Константин Платонович?! Вы ли это?
Его лицо будто засветилось, и он затараторил:
— Как я рад вас встретить, Константин Платонович! Вы меня помните? Я Козявкин. Купец второй гильдии Козявкин, состою при княжне Тамаре Георгиевне Вахваховой. Я к вам в Злобино приезжал вместе с ней.
— Как же, как же, помню тебя, братец."
"— Константин Платонович, отец родной, не откажите в милости! Удостойте разговора. Я вас долго не задержу, вот вам крест. Буквально на одну минуточку. Честное слово, по очень важному делу. Ей-ей, не про глупости всякие!
— Бог с тобой, Козявкин, ты же не отстанешь.
— Если позволите, Константин Платонович, то не здесь. Тут рядом есть ресторация, очень уютная и тихая. Поужинаете как раз. Прошу вас, сюда, Константин Платонович.
Козявкин, суетясь, словно у постели богатой тётушки, проводил меня в ресторацию. Отдельный кабинет для нас нашёлся мгновенно, а половой быстро принёс закуски и штоф хлебного. Впрочем, ни я, ни купец пить не стали, и его реквизировал Киж.
— Константин Платонович, в ноги вам хочу поклониться за кресло, которое вы сделали для Тамары Георгиевны. Она вся расцвела, я такой её уже много лет не видел. Гостей начала принимать, сама к знакомым ездить, даже на балу присутствовала. Без вас так бы и зачахла, бедняжка.
— Козявкин, хватит славословий. Переходи уже к делу, нечего кота за хвост тянуть.
— Кота? Хе-хе, я запомню выражение. Да-да, к делу, сейчас расскажу.
Словоохотливый Козявкин помолчал немного и выпалил, будто прыгнул в холодную воду:
— Константин Платонович, милостивец, сделайте Тамаре Георгиевне ноги!
— Что?!
— Я знаю, вы человек учёный.
— Стоп! — я выставил перед собой ладонь.
Он дисциплинированно умолк, сложил руки перед собой и уставился на меня умоляющим взглядом.
— Скажи мне, Козявкин, а с чего такая просьба? Тебе какой толк от этого? Ты же вроде не родственник, не друг князьям.
— На руках у меня выросла девочка, — он грустно улыбнулся. — Жена моя кормилицей у неё была, так и я нянькал, на закорках катал. Моих детей бог забрал, а Тамару Георгиевну я на руках носил, когда мать её умерла да у неё ноги отказали.
